Третья государственная дума (1907-1912): общая характеристика и особенности деятельности
Третья государственная дума стала первой, проработавшей весь положенный ей пятилетний срок. Она была созвана 1 ноября 1907 г., и её состав оказался несравненно более консервативным, чем у предшественников. Численность депутатского корпуса была законодательно сокращена. Из 442 мест 146 получили правые, 155 - октябристы и близкие им группы, 108 - кадеты и сочувствующие, 13 - трудовики и 20 социал-демократы. Думским центром оказалась партия «Союз 17 октября», а председателем был избран октябрист Н.А.Хомяков. В марте 1910 г. его сменил лидер партии А.И. Гучков, а через год главой парламента был избран октябрист М.В. Родзянко, ставший затем председателем и Четвертой думы (1912-1917). Боханов А.Н., Горинов М.М., Дмитренко В.П. История России. XX век. М.: АСТ, 2001г. С. 126 - 127.
3 июня 1907 г. одновременно с указом о роспуске Думы Второго созыва было опубликовано новое Положение о выборах в Думу (новый избирательный закон), согласно которому была созвана новая Дума. Роспуск Второй Государственной думы и издание нового избирательного закона вошли в историю под названием «Третьеиюньского переворота».
Акт 3 июня был справедливо назван государственным переворотом: он был совершен в нарушение манифеста 17 октября 1905г. и Основных законов 1906г., согласно которым ни один новый закон не мог быть принят без санкции Государственной думы. За решением созвать новую Думу стояла сложная борьба и колебания в «верхах», обусловленные страхом перед народом. Аврех А.Я. П.А. Столыпин и судьбы реформ в России. - М.: Политиздат, 1991. С. 25.
Новый избирательный закон расширил права помещиков и крупной буржуазии, которые получили две трети общего числа выборщиков; рабочим и крестьянам было оставлено около четверти выборщиков. Было резко сокращено представительство народов некоторых национальных окраин: народы Средней Азии, Якутии и некоторых других национальных районов полностью отстранялись от выборов. Рабочие и крестьянские выборщики были лишены права самим избирать депутатов из своей среды. Это право было передано губернскому избирательному собранию в целом, где в большинстве случаев преобладали помещики и буржуазия. Городская курия разделялась на две: первую составляли крупные собственники, вторую -- мелкая буржуазия и городская интеллигенция. В Думе действовало около 30-ти комиссий, восемь из которых являлись постоянными: бюджетная, финансовая, по исполнению государственной политики в области доходов и расходов, редакционная, по запросам, библиотечная, личного состава, распорядительная. Выборы членов комиссий производились на общем собрании Думы по предварительному согласованию кандидатур во фракциях. В большинстве комиссий все фракции имели своих представителей.
дума государственный российский столыпин
Табл.1. Численность фракций в Третьей Гос.думе (1907-1912гг)
Сессии: 1-я - 1 ноября 1907 -- 18 июня 1908 года; 2-я -- 15 октября 1908 - 2 июня 1909 года; 3-я - 10 октября 1909 - 17 июня 1910 года; 4-я -- 15 октября 1910 -- 13 мая 1911 года; 5-я -- 15 октября 1911 -- 9 июня 1912 года.
Первая сессия Третьей Государственной думы прошла в атмосфере спокойной работы, взаимопонимания с правительством. Отдельные попытки левых и кадетов разжечь конфликты по некоторым малозначительным поводам окончились неудачей, так как большинство не хотело конфронтации с властью. Среди основных законопроектов, принятых Думой, были законы о крестьянской частной собственности на землю, о страховании рабочих, о введении местного самоуправления в западных регионах империи.
После гибели Столыпина в 1911 г. начались разногласия между депутатами Государственной Думы. Ряд законопроектов был приостановлен. Многие высказывались за то, чтобы распустить Думу. Начался парламентский кризис, который продолжался целый год. Осенью 1912 г. истек срок полномочий Третьей Государственной Думы. В целом, III Государственную Думу можно смело назвать "Столыпинской". Полностью зависимая от правительства, она конечно же не могла всецело отражать интересы народов России. Являясь "марионеткой" Столыпина она лишь создавала видимость демократического парламентаризма, действуя лишь в интересах императора, что естественно было выгодно царизму. Однако, продолжительность ее полномочий говорит, что Россия не могла обойтись без парламента.
П.А. Столыпин, бывший предводитель дворянства и губернатор, претендент в российские Бисмарки, «новый человек», как его окрестила помещичье-буржуазная контрреволюция, подготовил себя к этой роли все своей предшествующей деятельностью. А.Я. Аверх. Царизм и третьеиюньская система. _ М.: Наука, 1966. С. 27.
Третья Государственная дума провела пять парламентских сессий и была распущена по указу императора Николая II, в июне 1912 г.
Г. Среди 442 избранных депутатов относительное большинство осталось за октябристами (98 мест), хотя состав Государственной думы был несколько левее предыдущего. Перед выборами в правой печати раздавались призывы к увеличению представителей от духовенства среди депутатов, к созданию «фиолетовой» Думы. Обер-прокурор Синода В.К. Саблер предложил епископу Евлогию (Георгиевскому) организовать отдельную фракцию от духовенства, но владыка отказался и не принимал участия в выборах. В результате членами Думы стали 48 православных священнослужителей, включая Кременецкого епископа Никона (Бессонова) (впоследствие снял с себя сан и монашество) и Елисаветградского епископа Анатолия (Каменского) . В числе депутатов были сщмч. протоиерей Алексий Будрин и сщмч. В.П. Шеин (впосл. архимандрит Сергий). Подавляющее большинство депутатов от духовенства вошли в правую фракцию и фракцию националистов. Вновь была создана мусульманская группа, которую составили 6 депутатов.
Открытие IV Государственной думы состоялось 15 ноября г. Председателем был избран М.В. Родзянко , с программной речью выступил В.Н. Коковцов . Он, в частности, призвал депутатов направить усилия к «неуклонной охране издревле положенных в основу русской государственной жизни… единства и нераздельности империи, первенства в ней русской народности и веры православной».
Вновь были образованы комиссии по вероисповедным вопросам (председатель - националист З.М. Благонравов) и по делам православной Церкви (председатель - Львов). В начале работы Дума вынесла постановление о том, что займется рассмотрением законопроектов, не принятых во время предыдущего созыва, в частности по религиозной тематике: «Об отмене содержащихся в действующем законодательстве ограничений, политических и гражданских, находящихся в зависимости от принадлежности к инославным и иноверным исповеданиям, а в том числе и к старообрядчеству и к отделившимся от Православия сектам, а равно законоположений, допускающих вмешательство гражданской власти в духовные отношения частных лиц», «О разрешении совершения инославных и иноверных богослужений и богомолений и сооружения, устройства, возобновления и починки инославных и иноверных молитвенных зданий», «О римско-католических монастырях» и др. Но уже 7 декабря Министерство внутренних дел изъяло эти законопроекты на доработку.
В этот момент в Петрограде началась Февральская революция 1917 г. 27 февраля совет старейшин Думы образовал Временный комитет Государственной думы (во главе с
Последняя Дума Российской Империи
Работа депутатов проходила на фоне мировой войны и революции
Четвёртая Дума проработала с 15 ноября 1912 по 25 февраля 1917 года. Но официально она была распущена лишь 6 октября 1917 года, за считанные дни до Октябрьской революции. Председателем Госдумы весь срок был лидер партии октябристов Михаил Родзянко.
Непредсказуемый парламент
Выборы в Думу проходили осенью 1912 года. Всего было избрано 442 депутата. Как и в прошлый раз, больше всего голосов набрали октябристы (98 мест). Но их перевес над остальными был уже не таким подавляющим. В целом Четвёртая Дума обладала ярко выраженными флангами (левыми и правыми) при умеренном центре. Это сделало её менее предсказуемой, чем Третья Дума.
Октябристы все чаще стали объединяться с кадетами, получая думское большинство. Но их законодательные инициативы блокировались Госсоветом. В свою очередь, Дума тормозила проекты масштабных законов царского правительства. В итоге правительство ограничилось незначительными законопроектами. В период первой и второй сессий (1912-1914) было внесено свыше 2 тысяч мелких законопроектов.
Захотели формировать кабмин
С началом Первой мировой войны заседания Госдумы стали проходить нерегулярно. Законодательство осуществлялось правительством во внедумском порядке.
Поражения русских войск весной и летом 1915 года, кризис государственной власти вызвал рост оппозиционных настроений среди депутатов. В июле 1915 года большинство фракций Думы выступили с критикой правительства, потребовали создания нового кабинета министров, пользующегося «доверием страны». 22 августа был организован Прогрессивный блок, в который вошли 236 депутатов (октябристы, прогрессисты, кадеты). Новый блок требовал права самому формировать правительство.
Ограничение властных полномочий для императора Николая II было неприемлемо. 3 сентября 1915 года Государственная Дума была распущена на каникулы.
Выразили недоверие премьерам
1 ноября 1916 года стартовала пятая сессия Четвёртой Думы. Прогрессивный блок потребовал отставки председателя правительства Бориса Штюрмера, которого обвиняли в германофильстве. Его сменщику Александру Трепову депутаты также выразили недоверие. В итоге 16 декабря 1916 года Дума вновь была распущена.
14 февраля 1917 года заседания возобновились. Желая продемонстрировать силу и сплочённость Думы, депутаты организовали демонстрации к Таврическому дворцу. Митинги дестабилизировали ситуацию в Петрограде. Указом царя от 25 февраля 1917 года заседания Четвертой Думы были прерваны окончательно. Депутаты перешли к формату «частных совещаний». 6 октября Дума была распущена официально.
А вскоре грянула большевистская революция. И институт Государственной Думы исчез на многие годы…
Депутаты тормозили проекты масштабных законов правительства.
Четвертая Государственная Дума начала работу 15 ноября 1912 года. С началом Первой мировой войны регулярный характер работы Думы нарушился. В ходе Февральской революции 1917 г. члены Думы 27.2 (12.3).1917 образовали Временный комитет Государственной Думы для водворения порядка в Петрограде и для сношения с учреждениями и лицами. 2(15).3.1917 г. комитет объявил о создании Временного правительства.
ОТ ТРЕТЬЕЙ К ЧЕТВЕРТОЙ ДУМЕ
Из мемуаров П.Н. Милюкова
Убийство Столыпина 2 сентября 1911 года было естественным концом того этапа в истории нашей внутренней политики, который представлен Третьей Государственной Думой. Если тут нельзя поставить достаточно явственной зарубки, то прежде всего потому, что короткое интермеццо председательствования Коковцова несколько затушевало политический смысл нового поворота. Могло казаться, что переход от Третьей Думы к Четвертой есть простое продолжение того, что установилось за предыдущие пять лет. Но мы уже знаем, что и там ничего не "установилось", а "продолжалась" лишь внутренняя борьба между сторонниками старого и нового строя. С появлением Четвертой Думы эта борьба вступила в новую стадию. Сразу нельзя было предсказать, что эта стадия будет последней, ибо не было еще на лицо того третьего фактора, который склонил развязку борьбы в сторону обратную той, к которой стремилась власть. Этим фактором, решившим спор между страной и властью, была война.
Оставляя этот фактор пока в стороне, можно было, однако, уже сразу предвидеть, что в Четвертой Думе борьба между самодержавием и народным представительством будет вестись при иных условиях, нежели она велась в Третьей Думе. Там была сделана последняя попытка установить между борющимися силами хотя бы видимость некоторого равновесия. Здесь эта видимость исчезла, и борьба пошла в открытую. В Третьей Думе наступающей стороной была власть; общественность, слабо организованная, только оборонялась, едва удерживая занятые позиции и идя на компромисс с властью. Суть перемены, происшедшей в Четвертой Думе, заключалась в том, что компромисс оказался невозможным и потерял всякое значение. Вместе с ним исчезло и то среднее течение, которое его представляло. Исчез "центр", и с ним исчезло фиктивное правительственное большинство. Два противоположных лагеря стояли теперь открыто друг против друга. Между ними, чем далее, тем более, распределялся наличный состав народного представительства. Трудно сказать, чем кончилась бы эта борьба, если бы противники были предоставлены самим себе.
Было более или менее известно, что вопрос о влиянии правительства на выборы сводился, прежде всего, к вопросу о правительственных субсидиях. Впоследствии В. Н. Коковцов сообщил и точные данные. Уже в 1910 г. Столыпин начал подготовку, потребовав от министра финансов на выборы четыре миллиона. "Все, что мне удалось сделать, - говорит Коковцов, - это рассрочить эту сумму, сокративши ее просто огульно, в порядке обычного торга, до трех с небольшим миллионов и растянуть эту цифру на три года 1910-1912"…
И что это была за кампания! Все сколько-нибудь подозрительные по политике лица бесцеремонно устранялись от участия в выборах. Целые категории лиц лишались избирательных прав или возможности фактически участвовать в выборах. При выборах присутствовали земские начальники. Нежелательные выборы отменялись. Предвыборные собрания не допускались, и самые названия нежелательных партий запрещалось произносить, писать и печатать. Съезды избирателей делились по любым группам для составления искусственного большинства. Весь первый период выбора уполномоченных первой стадии прошел в темную. Мелкие землевладельцы почти поголовно отсутствовали; зато, по наряду от духовного начальства, были мобилизованы священники, которые и явились господами положения. В 49 губерниях на 8764 уполномоченных было 7.142 священников, и лишь для избежания скандала было запрещено послать в Думу более 150 духовных лиц; зато они должны были голосовать повсюду за правительственных кандидатов.
Следующая стадия выбора выборщиков проходила более сознательно, но тут и вступали в силу все приемы политического давления. Только в городах - и особенно в пяти больших городах с отдельным представительством - возможно было открытое общественное влияние на выборы. Здесь и проходили депутаты, известные своей оппозиционностью, и были забаллотированы октябристы (которых в то же время забаллотировывали и справа). Нарисовать сколько-нибудь полную картину организованного насилия на этих выборах было бы совершенно невозможно. Но что же получилось в результате? Взглянем на сравнительную таблицу партийных группировок в Третьей и в Четвертой Думе (См. приложение 2-ое.).
На первый взгляд, разница не так велика, - за исключением перехода голосов от октябристов к правым (-35 +40) и уплотнением за их же счет, обеих оппозиционных партий (+15). В действительности, не только моральное, но и реальное значение этих перемен очень велико.
ПОСЛЕДНИЙ ПАРЛАМЕНТ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ
Четвертая и последняя из Государственных Дум Российской империи действовала в период с 15 ноября 1912 по 25 февраля 1917. Она избиралась по тоже же избирательному закону, как и Третья Государственная Дума.
Выборы в IV Государственную Думу пришлись на осень (сентябрь-октябрь) 1912. Они показали, что поступательное движение российского общества идет по пути утверждения в стране парламентаризма. Предвыборная кампания, в которой активно участвовали лидеры буржуазных партий, проходила в обстановке дискуссии: быть или не быть конституции в России. Даже некоторые кандидаты в депутаты из числа правых политических партий выступали сторонниками конституционного строя…
Заседания IV Думы открылись 15 ноября 1912. Председателем ее был октябрист Михаил Родзянко. Товарищами председателя Думы были князь Владимир Михайлович Волконский и князь Дмитрий Дмитриевич Урусов. Секретарем Государственной Думы - Иван Иванович Дмитрюков. Товарищами секретаря Николай Николаевич Львов (старший Товарищ Секретаря), Николай Иванович Антонов, Виктор Парфеньевич Басаков, Гайса Хамидуллович Еникеев, Александр Дмитриевич Зарин, Василий Павлович Шеин.
Основными фракциями IV Государственной Думы являлись: правые и националисты (157 мест), октябристы (98), прогрессисты (48), кадеты (59), которые по-прежнему составляли два думских большинства (в зависимости от того, с кем в этом момент блокировались октябристы: октябристско-кадетское или октябристско-правое). Кроме них, в Думе были представлены трудовики (10) и социал-демократы (14). Партия прогрессистов оформилась в ноябре 1912 и приняла программу, которая предусматривала конституционно-монархический строй с ответственностью министров перед народным представительством, расширение прав Государственной думы и т.д. Появление этой партии (между октябристами и кадетами) стало попыткой консолидации либерального движения. В работе Думы приняли участие большевики во главе с Розенфельдом Л.Б. и меньшевики во главе с Чхеидзе Н.С. Они внесли 3 законопроекта (о 8-часовом рабочем дне, о социальном страховании, о национальном равноправии), отклоненных большинством…
В результате выборов, в Четвертую Государственную Думу, в октябре 1912 года правительство оказалось в еще большей изоляции, так как октябристы отныне твердо встали наравне с кадетами в легальную оппозицию.
В атмосфере растущего в обществе напряжения в марте 1914 состоялись два межпартийных совещания с участием представителей кадетов, большевиков, меньшевиков, эсеров, левых октябристов, прогрессистов, беспартийных интеллигентов, на которых обсуждались вопросы координации деятельности левых и либеральных партий с целью подготовки внедумских выступлений. Начавшаяся в 1914 мировая война временно притушила разгоравшееся оппозиционное движение. На первых порах большинство партий (исключая социал-демократов) высказалось за доверие правительству. По предложению Николая II в июне 1914 Совет министров обсуждал вопрос о преобразовании Думы из законодательного органа в консультативный. 24 июля 1914 Совету министров были предоставлены чрезвычайные полномочия, т.е. он получил право решать большинство дел от имени императора.
На экстренном заседании IV Думы 26 июля 1914 лидеры правых и либерально-буржуазных фракций выступили с призывом сплотиться вокруг «державного вождя, ведущего Россию в священный бой с врагом славянства», отложив «внутренние споры» и «счеты» с правительством. Однако неудачи на фронте, рост стачечного движения, неспособность правительства обеспечить управление страной стимулировали активность политических партий и их оппозиционность. На этом фоне Четвертая Дума вступила в острейший конфликт с исполнительной властью.
В августе 1915 на совещании членов Государственной думы и Государственного совета был образован Прогрессивный блок, в который вошли кадеты, октябристы, прогрессисты, часть националистов (236 из 422 членов Думы) и три группы Государственного совета. Председателем бюро Прогрессивного блока стал октябрист С.И.Шидловский, а фактическим руководителем - П.Н.Милюков. Декларация блока, опубликованная в газете «Речь» 26 августа 1915, носила компромиссный характер, предусматривала создание правительства «общественного доверия». В программу блока входили требования частичной амнистии, прекращения преследований за веру, автономии Польши, отмены ограничения в правах евреев, восстановления профсоюзов и рабочей печати. Блок был поддержан некоторыми членами Государственного совета и Синода. Непримиримая позиция блока по отношению к государственной власти, ее резкая критика привели к политическому кризису 1916, ставшему одной из причин Февральской революции.
3 сентября 1915 после принятия Думой выделенных правительством кредитов на войну ее распустили на каникулы. Вновь Дума собралась только в феврале 1916. 16 декабря 1916 была вновь распущена. Возобновила деятельность 14 февраля 1917 в канун февральского отречения Николая II. 25 февраля 1917 была опять распущена и больше официально не собиралась, но формально и фактически существовала. Четвертая Дума сыграла ведущую роль в учреждении Временного правительства, при котором она фактически работала в форме «частных совещаний». 6 октября 1917 Временное правительство постановило распустить Думу в связи с подготовкой к выборам в Учредительное собрание.
Энциклопедия «Кругосвет»
ЧЕТВЕРТАЯ ДУМА И ПРАВИТЕЛЬСТВО
Государственная дума стала настолько существенным фактором русской жизни, что правительство не могло не интересоваться исходом предстоящих выборов. Столыпин в свое время предполагал оказать широкую поддержку умеренно правым партиям, в особенности националистам. В. Н. Коковцов считал, наоборот, что вмешиваться в выборы следует как можно меньше. Общее заведование выборами было возложено на тов. министра внутренних дел А. Н. Харузина; ведение избирательной кампании было предоставлено местной инициативе губернаторов. Только в одном отношении была сделана более серьезная попытка повлиять на выборы. Закон 3 июня предоставлял решающее значение курии землевладельцев. Там, где крупных помещиков было мало, большинство принадлежало уполномоченным от мелких землевладельцев, а среди них, в свою очередь, преобладали сельские священники, считавшиеся как бы владельцами церковных участков земли. Обер-прокурор Синода через местных архиереев предложил духовенству принять возможно более активное участие в выборах. Результат этого предписания получился неожиданно внушительный: на съездах мелких землевладельцев повсюду стали избираться священники; в двадцати губерниях они составили свыше 90 процентов уполномоченных, а в общем итоге 81 процент! Печать забила тревогу. Стали писать, что в новой Думе будет чуть ли не двести священников. Забеспокоились и крупные землевладельцы. Но духовенство, в общем, политикой интересовалось мало; явившись на выборы по указанию епархиального начальства, оно не составило какой-либо особой партии и далеко не всегда голосовало за правых. Священники только забаллотировали несколько видных октябристов, защищавших в 3-й Думе законопроекты о свободе совести. Сам председатель Г. думы М. В. Родзянко прошел только благодаря тому, что правительство, вняв его просьбам, выделило священников в особую курию по тому уезду, где он баллотировался в выборщики.
Первая официальная статистика новой Думы как будто подтверждала эти сведения: правых числилось 146, националистов - 81, октябристов - 80, всей оппозиции - 130… Но как только депутаты съехались, выяснилась совершенно иная картина: агентство огульно зачислило чуть не всех крестьян и священников в правые, тогда как многие из них были октябристами, а то и прогрессистами… Существовавшее на бумаге правое большинство растаяло. Оказалось, что если несколько пострадали октябристы (их осталось около 100), то усилились к.-д. и прогрессисты; националисты раскололись, от них влево отделилась «группа центра»; в итоге правое крыло почти не возросло.
Еще существеннее был тот факт, что октябристы на этот раз проходили по большей части, вопреки желанию властей. Тот же самый результат, который в 1907 г. был победой правительства, оказывался в 1912 г. успехом оппозиции. Это не замедлило сказаться на выборах президиума. Октябристы вошли на этот раз в соглашение с левыми. М. В. Родзянко был переизбран председателем против голосов националистов и правых; товарищем председателя был избран прогрессист.182 В своей вступительной речи Родзянко говорил об «укреплении конституционного строя», об «устранении недопустимого произвола» - причем правые демонстративно покинули зал заседаний. Меньшиков писал в «Новом Времени» про «опыт с левой Думой». При обсуждении декларации В. Н. Коковцова Дума (15.XII. 1912) приняла левым большинством 132 против 78 формулу прогрессистов, которая заканчивалась словами о том, что Гос. дума «приглашает правительство твердо и открыто вступить на путь осуществления начал манифеста 17 октября и водворения строгой законности». Третья Дума таким тоном с властью никогда не говорила.
При всем том в новой Думе не было ни определенного большинства, ни желания вести систематическую борьбу с правительством, тем более что события внешней политики в конце 1912 г. заслоняли внутренние конфликты.
С.С. Олденбург. Царствование императора Николая II
http://www.empire-history.ru/empires-211-66.html
Стенографические отчеты заседаний IV Государственной думы.
Члены Государственной думы: портреты и биографии. Четвёртый созыв, 1912—1917 г.
Выборы в I-IV Государственные Думы Российской империи (Воспоминания современников. Материалы и документы.) / ЦИК РФ. Под ред. А. В. Иванченко. — М., 2008.
Кирьянов И. К., Лукьянов М. Н. Парламент самодержавной России: Государственная Дума и её депутаты, 1906—1917. Пермь: Изд-во Пермского университета, 1995.
Ю.П. Родионов. Становление российского парламентаризма в начале ХХ века
Глинка Я.В. Одиннадцать лет в Государственной думе. 1906—1917. М., Новое литературное обозрение, 2001.
Событием огромной исторической важности не только в данной стране, но и во всем цивилизованном мире было открытие в Петербурге 27 апреля 1906г. I Государственной Думы. Оно состоялось в самом крупном в столице Тронном зале Зимнего дворца и было обставлено весьма торжественно. Прибыло огромное число приглашенных, журналистов и дипломатических представителей из многих стран. Ждали царя, и он приехал. Однако «тронная» речь Николая II, в общем-то тусклая и бесцветная, лишенная глубокого содержания, разочаровала присутствующих 11
За стенами дворца, а тем более далеко за пределами России, начавшиеся столкновения депутатов с правительством в Думе не были известны. Появление первого законодательного представительного учреждения в России, за что боролись десятки лет лучшие представители русского общества, вызвало подлинный шквал приветствий от групп россиян, ученых советов университетов, городских дум и земств. Новый парламент приветствовали парламенты других стран. Так, 30 июня 1906 г. в I Думе была оглашена телеграмма от членов старейшего парламента – лондонского. От российской Думы была даже выбрана делегация для посылки в Лондон, но она не успела туда отбыть, так как I Дума была распущена царем.
6 июля председатель Совета министров вялый и безынициативный Горемыкин был заменен энергичным Столыпиным (за Столыпиным был сохранен пост министра внутренних дел, который он занимал ранее). Сделано это было для того, чтобы смягчить «горькую пилюлю», деморализовать оппозицию для проведения в жизнь манифеста о роспуске I Думы. 9 июля 1906 г. Депутаты пришли в Таврический дворец на очередное заседание и наткнулись на закрытые двери; рядом на столбе висел манифест за подписью царя о прекращении работы I Думы, так как она, призванная «вносить спокойствие» в общество, лишь «разжигает смуту».14
I Государственная Дума просуществовала в России всего 72 дня. Все это время она находилась под обстрелом реакционных сил, и прежде всего - придворной клики. В «Правительственном вестнике» из номера в номер печатались довольно однотипные «верноподданейшие письма», подписанные группами лиц, в которых Дума называлась «инородной выдумкой», «чужеродным изобретением», которому не суждено «привиться на истинно русской почве», доказывалось, что она всегда будет вредным учреждением. При этом предлагалось «пока не поздно» Думу разогнать. Дума даже сделала специальный запрос, на каком основании в официальном органе правительства ведется антидумская пропаганда. Однако тогдашний министр внутренних дел П.А. Столыпин ответил довольно однозначно: подданные монарха вправе печатать свои письма где угодно.
Дума была распущена, но ошеломленные депутаты не сдались без боя. Около 200 депутатов, и среди них кадеты, трудовики и социал-демократы собрались в Выборге, где после бурных сетований и обсуждений приняли воззвание – “Народу от народных представителей”. В нем говорилось, что правительство сопротивляется наделению крестьян землей, что оно не имеет права без народного представительства собирать налоги и призывать солдат на военную службу, делать займы. Воззвание призывало к сопротивлению такими, например, действиями, как отказ давать деньги в казну, саботирование призыва в армию. Но на эти акции народ не откликнулся, разочаровавшись в Думе как пустой “говорильне”15
Деятельность I Государственной Думы в целом способствовала разрушению «конституционных иллюзий» демократической интеллигенции, не оправдала надежды крестьянства на решение аграрного вопроса.
Тем не менее распрощаться с Государственной Думой царь и правительство были бессильны. В манифесте о роспуске Думы говорилось, что закон об учреждении Государственной Думы «сохранен без изменений». На этом основании началась подготовка к новой кампании, теперь уже по выборам во II Государственную Думу.
Революция еше продолжалась, “беспорядки на аграрной почве” в июле 1906 г. охватили 32 губернии России, а в августе1906 г. крестьянскими волнениями было охвачено 50% уездов Европейской России
В этой обстановке прошли выборы во II Государственную Думу. Путем всевозможных уловок и прямых репрессий правительство стремилось обеспечить приемлемый для себя состав Думы. От выборов отстранялись крестьяне, не являющиеся домохозяевами, по городской курии не могли избираться рабочие, даже если они имели требуемый законом квартирный ценз, и т.д.16
Правительство справедливо полагало, что причина конфликта с Государственной Думой – в ее составе. Изменить состав Думы можно было только одним путем – пересмотрев избирательный закон. Этот вопрос дважды по инициативе П.А. Столыпина обсуждался в Совете министров (8 июля и 7 сентября 1906 г.), но члены правительства пришли к выводу о нецелесообразности такого шага, поскольку он был связан с нарушением Основных законов и мог повлечь обострение революционной борьбы.
Всего во вторую Думу было избрано 518 депутатов. Кадеты по сравнению с первыми выборами потеряли 55 мест. Народнические партии получили 157 мест (трудовики – 104, эссеры – 37, народные социалисты – 16). Социал-демократы имели 65 мест. Всего у левых было 222 мандата, или 43% голосов в Думе. Значительно усилилось правое крыло Думы: в нее вошли черносотенцы, которые вместе с октябристами имели 54 мандата (10%) 17
Открытие II Государственной Думы состоялось 20 февраля 1907 г. Председателем Думы стал правый кадет Ф.А. Головин. II Дума оказалась еще более радикально настроена, чем ее предшественница. Депутаты изменили тактику, решив действовать в рамках законности и, по возможности, избегать конфликтов. Руководствуясь нормами ст.ст. 5 и 6 Положения об утверждении Государственной Думы, утвержденного высочайшим указом 20 февраля 1906 г. депутаты образовали отделы и комиссии для предварительной подготовки подлежащих рассмотрению в Думе дел.18
Созданные комиссии приступили к разработке многочисленных законопроектов. Основным оставался аграрный вопрос, по которому каждая фракция представила свой проект. Кроме того, II Дума активно рассматривала продовольственный вопрос, обсуждала Государственный бюджет на 1907 год, вопрос о призыве новобранцев, об отмене военно-полевых судов и т.д.
Основным предметом дебатов в Думе весной 1907 г. стал вопрос о принятии чрезвычайных мер против революционеров. Правительство, внося в Думу проект закона о применении чрезвычайных мер против революционеров, преследовало двоякую цель: скрыть свою инициативу ведения террора против революционеров за решением коллегиального органа власти и дискредитировать Думу в глазах населения. Однако, к чести своей, Дума 17 мая 1907 г. проголосовала против «незаконных действий» полиции.19
Такое неповиновение не устраивало правительство. Аппаратом министерства внутренних дел был подготовлен втайне от Думы проект нового избирательного закона. Было придумано ложное обвинение об участии 55 депутатов в заговоре против царской семьи. 1 июня 1907 г. Столыпин потребовал отстранения их от участия в заседаниях Думы и лишения 16 из них депутатский неприкосновенности, обвинив их в подготовке к «ниспровержению государственного строя»20.
На основании этого надуманного повода Николай II 3 июня 1907 года объявил о роспуске II Думы. Депутаты восприняли это спокойно и разъехались по домам. Как и ожидал Столыпин, никакой революционной вспышки не последовало. В целом, население отнеслось к разгону Думы индифферентно: была без радости любовь, прощанье было без печали. Более того, считается общепринятым, что акт 3 июня ставил точку в российской революции.21
Вслед за указом о роспуске II Думы последовал указ об утверждении нового Положения о выборах в Государственную Думу.
Издание нового избирательного закона было грубым нарушением манифеста от 17 октября 1905 г. и Основных государственных законов 1906 г., согласно которым царь не имел права без одобрения Думы и Государственного Совета вносить изменения ни в Основные государственные законы, ни в постановление о выборах в Совет или в Думу.
Этот акт внес существенные изменения в избирательное право подданных Российской Империи. Механизм выборов был таков, что в результате выборов усиливалось чудовищное неравенство между представительством имущих и неимущих слоев населения: один голос помещика равнялся 260 голосам крестьян и 543 голосам рабочих. Всего активным избирательным правом пользовалось лишь 15% населения Российской Империи22
Государственная Дума теперь насчитывала 442 депутата, в то время как раньше 524. Уменьшение было вызвано главным образом тем, что сократилось представительство от национальных окраин.
Кроме того, закон 3 июня давал министру внутренних дел право изменять границы избирательных округов и делить избирательные собрания на всех стадиях выборов на отделения, получившие право самостоятельного избрания выборщиков по самым произвольным признакам: имущественному, классовому, национальному. Это давало возможность правительству проводить в Думу только угодных ему депутатов.
В III Думу было избрано: правых – 144, октябристов – 148, прогрессистов – 28, кадетов – 54, националистов – 26, трудовиков – 16, социал-демократов – 19. Председателями III Думы были октябристы Н.А. Хомяков (1907г.), А.И. Гучков (1910 г.), М.В. Родзянко (1911 г.)
Основным содержанием деятельности III Государственной Думы продолжал оставаться аграрный вопрос. Добившись социальной опоры в лице этого коллегиального органа, правительство наконец приступило к его использованию в законодательном процессе. 14 июня 1910 года был издан одобренный Думой и Государственным советом и утвержденный императором аграрный закон, в основу которого был положен столыпинский указ от 9 ноября 1906 г. с изменениями и дополнениями, внесенными правооктябристским большинством Думы.25
Практически этот закон был первым фактом участия Государственной Думы в законодательном процессе за всю историю ее существования. Император и Государственный совет приняли поправки Думы к законодательному предположению не потому, что иначе поступить им не позволил бы закон, а потому, что поправки отвечали чаяниям тех социальных слоев, которые были политической опорой самодержавия, и потому, что поправки не посягали на позиции самодержавия в этом вопросе.
Следующим нормативным актом, принятым Думой, стал закон о государственном страховании рабочих, которым был установлен 12-часовой рабочий день, допускавший возможность увеличения его продолжительности за счет сверхурочных. Попытка Думы вмешаться в процесс рассмотрению бюджета закончилась неудачей; вопрос о военных и морских штатах вообще был изъят из компетенции Думы.26
О характере законотворческой деятельности III Государственной Думы можно судить по перечню принятых ею законов: «Об усилении кредита на тюремно-строительные надобности», «Об отпуске средств на выдачу пособий чинам общей полиции и корпуса жандармов», «О распределении между казной и казачьими войсками расходов по тюремной части в области Кубанской и Тверской», «О порядке отопления и освещения мест заключения и отпуске на эти надобности потребных материалов», «О полицейском надзоре в Бельагачской степи», «Об утверждении тюрем в городах Мерве и Красноярске, Закаспийской области и Актюбинске, Тургайской области», «Об утверждении в городе С-Петербурге женской тюрьмы» и др.27 Содержание перечисленных нормативных актов – свидетельство не только реакционности Думы, но и второстепенности рассматриваемых ею вопросов.
Столыпин и третья Дума не преуспели, «провалились» в главном, - не успокоили страну, которая совсем приблизилась, подошла вплотную к революции. Надо иметь в виду то, что III Дума с самого начала не рассматривалась Столыпиным как средство, окончательно ликвидирующее корни революции, - для этого,по его мнению, нужно было значительно больше времени, чем отпущенные Думе 5 лет.28 В известном интервью, он говорил о необходимости для России двадцатилетнего покоя, чтобы она стала, по сути, другой страной. А третья Дума и за отведенный ей срок сделала немало для этого.
На первый взгляд III Дума – самая благополучная из всех четырех Дум: если две первые скоропостижно “скончались” по указу царя, то III Дума действовала «от звонка до звонка», - все положенные ей по закону пять лет и сподобилась вызвать не только критические перуны в свой адрес, но и слова одобрения. И все-таки эту Думу судьба не баловала: мирное эволюционное развитие страны было не менее проблематичным в конце ее деятельности, чем в начале. Но трагизм этого обнаружился спустя несколько лет после завершения ее работы: только тогда то небольшое, в пору III Думы, «облачко» обратилось в революционную грозу «семнадцатого года»
Продолжение курса третьей Думы в последующих Думах при внешнем и внутреннем покое России, снимало с «повестки дня» революцию. Так вполне здраво судили не только Столыпин и его сторонники, но и их противники и судят многие современные публицисты. Но все же эта совокупная «достаточность» оказалась недостаточной, для того, чтобы III Дума притушила революционно-оппозиционное движение, которое в экстремальных условиях могло выйти из-под контроля, что и произошло во время IV Думы.
В июне 1912 г. истекли полномочия депутатов III Думы, и осенью этого года прошли выборы в IV Государственную Думу. Не смотря на давление правительства, выборы отразили политическое оживление: социальные демократы набрали очки во II городской курии за счет кадетов (в рабочей курии большевики взяли верх над меньшевиками), октябристы часто терпели поражение в своей вотчине, I городской курии. Но в целом IV Дума по партийному составу не слишком отличалась от III Думы.
Заседания Думы открылись 15 ноября 1912 г. Председателем ее в течение пяти лет (до 25 февраля 1917 г.) был октябрист М.В. Родзянко.
Весьма «прыткими» показали себя в IV Думе прогресисты, основавшие в ноябре 1912 г. свою партию. В состав ее вошли видные предприниматели (А.И. коновалов, В.П. и П.П. Рябушинские, С.И. Четвертиков, С.Н. Третьяков), земские деятели (И.Н. Ефремов, Д.Н. Шипов, М.М. Ковалевский и др.). Прогрессисты требовали отмены положения об усиленной и чрезвычайной охране, изменения закона 3 июня о выборах, расширения прав Думы и реформы Государственного совета, отмены сословных ограничений и привилегий, независимости земского самоуправления от административной опеки и расширения его компетенции. Если кадеты (и тем более октябристы) не выходили «из рамок» конституционной думской деятельности, иногда лишь позволяя себе «расслабиться» в смелых оппозиционных речах, то прогрессисты, и прежде всего один из ее влиятельных лидеров депутат IV Государственной Думы А.И. Коновалов (он нашел поддержку у некоторых левых октябристов и левых кадетов), попытались объединить революционные и оппозиционные силы для совместных выступлений. По мнению А.И. Коновалова, правительство «обнаглело до последней степени, потому что не видит отпора и уверенно, что страна заснула мертвецким сном».30
Начавшаяся в 1914 г. мировая война одновременно притушила разгоравшиеся оппозиционное движение в российском обществе. На первых порах большинство партий (исключая социал-демократов) высказались за доверие правительству и отказ от оппозиционной деятельности. 24 июля 1914 г. Совету министров были предоставлены чрезвычайные полномочия, т.е. он получил право решать большинство дел от имени императора.
На экстренном заседании IV Думы 26 июля 1914 г. лидеры правых и либерально-буржуазных фракций выступили с призывом сплотиться вокруг «державного вождя, ведущего Россию в священный бой с врагом славянства», отложив «внутренние споры» и «счеты» с правительством31 Однако неудачи на фронте, рост стачечного движения, неспособность правительства обеспечить управление страной стимулировали активность политических партий, их оппозиционность, поиск новых тактических шагов.
Нараставший политический кризис вплотную поставил вопрос о включении в состав правительства представителей буржуазной оппозиции и увольнение наиболее дискредитировавших себя министров. В июне 1915 г. Николай II был вынужден уволить сначала министра внутренних дел Н.А. Маклакова, а затем министра юстиции И.Г. Щегловитова и военного министра В.А. Сухомлинова. Однако во главе Совета министров по-прежнему оставался назначенный в январе 1914 г. 75-летний И.Л. Горемыкин.
19 июля открылась сессия IV Государственной Думы, на которой октябристы и трудовики сразу же поставили вопрос о создании ответственного перед Думой правительства, а в начале августа кадетская фракция повела активную работу по созданию межпартийного блока.
В августе 1915 г. на совещании членов Государственной Думы и Государственного совета был образован Прогрессивный блок, в который вошли кадеты, октябристы, прогрессисты, часть националистов (236 и 422 членов Думы) и три группы Государственного совета. Председателем бюро Прогрессивного блока стал октябрист С.И. Шидловский, а фактическим руководителем Н.И. Милюков. Декларация блока, опубликованная в газете «Речь» 26 августа 1915 г., носила компромиссный характер, предусматривала создание правительства «общественного доверия» (из царских сановников и членов Думы)
Однако последовавшее вскоре вступление Николая II в верховное командование означало прекращение колебаний власти, отказ от соглашений с парламентским большинством на платформе «министерства доверия», отставку Горемыкина и удаление поддержавших Прогрессивный блок министров, наконец, роспуск Государственной думы после рассмотрения ею военных законопроектов. 3 сентября председатель Думы Родзянко получил указ о роспуске Думы примерно до ноября 1915 г.32
Первая мировая война легла тяжелым бременем на плечи России. В 1915 г. остановилось 573 промышленных предприятия, в 1916 г – 74 металлургических завода. Экономика страны уже не могла содержать многомиллионную армию, в которую было мобилизовано 11% сельского населения и свыше 0.5 млн. кадровых рабочих. Положение усугубляли огромные потери русской армии, превысившие в 1917 г. 9 млн. человек, в том числе до 1.7 млн. – убитыми.
В февралю 1917 г. резко обострилась обстановка в Петрограде, где сложилось критическое положение с продовольствием (снежные заносы не позволили своевременно подвести в столицу вагоны с мукой). 23 февраля, в Международный женский день недовольство переросло в стихийные митинги, демонстрации и забастовки, охватившие 128 тыс. рабочих. Большевики, межрайонцы, меньшевики-интернационалисты и другие социальные партии и группы развернули революционную пропаганду, связывая продовольственные трудности с разложением режима и призывая к свержению монархии. 25 февраля выступления переросли во всеобщую политическую стачку, охватившую 305 тыс. человек и парализовавшую Петроград.
В ночь на 26 февраля власти провели массовые аресты, а днем на Знаменской площади была расстреляна крупная демонстрация. Столкновения с войсками и полицией, сопровождающиеся жертвами, происходили по всему городу.
Председатель IV Государственной Думы М.В. Родзянко 26 февраля телеграфировал Николаю II о необходимости “немедленно поручить лицу, пользующемуся доверием страны, составить новое правительство”, а на следующий день возглавил Временный комитет Государственной Думы, от имени которого обратился с воззванием к населению. В воззвании говорилось, что этот новый орган власти берет в свои руки восстановление государственного и общественного порядка и призывает население и армию помочь “в трудной задаче создания нового правительства”33
В этот же день, 26 февраля 1917 г. император издал указ о перерыве в занятиях Государственной думы и назначении «срока их возобновления не позднее апреля 1917 г., в зависимости от чрезвычайных обстоятельств».34 После этого в полном составе Дума уже не собиралась.
27 февраля состоялось заседание Временного комитета Государственной Думы, который «нашел … вынужденным взять в свои руки восстановление государственности и общественного порядка» в России. Однако уже 2 марта Временный комитет объявил о создании нового правительства в его составе и фактически прекратил свое существование.
Юридически IV Государственная Дума была распущена постановлением Временного правительства от 6 октября 1917 г. в связи с началом избирательной кампании по выборам в состав Учредительного собрания35
Практически у Государственной Думы был блестящий шанс взять в свои руки государственную власть и стать реальным законодательным органом, но реакционное большинство Думы, поддержавшее самодержавие, им не воспользовалось.
