В конце сборника представлены наиболее показательныематериалы, относящиеся к проблемам языковой культуры. В своей статье А. Едличка четко выделяет четыре круга явлений,включаемых чешскими и словацкими лингвистами в понятие языковой культуры: а) явления, относящиеся к языку,-здесь речь идет о языковой культуре в собственном смысле этого слова; б)явления, относящиеся к речи, высказыванию-иногда этот аспект дифференцируется и терминологически, говорится о культуреречи. Притом в обеих областях (в области языка и речи) одинаково выделяются два направления: 1) культура как состояние,уровень (языка и речи), 2) культура как деятельность, т.е.культивирование (совершенствование) языка и речи.
Следовательно, языковая культура включает в свой состав как теоретическое изучение литературного языка со стороныспециалистов-языковедов, так и комплекс практических мероприятий со стороны не только лингвистов, но и всех людей,заинтересованных в высоком уровне языковой коммуникации. Научноеизучение литературного языка охватывает заботу о его внутреннем и общественном развитии, его оптимальном использовании во всех жизненно важных областях, его совершенствовании всоответствии с системными закономерностями и нормой. Оно тесно связано с теорией литературного языка, что было важнымпостулатом Пражской школы. Однако проблемы языковой культуры, касающиеся преимущественно литературного языка, нельзяотрывать от общенародного языка как целого, от других форм существования языка. Совершенствование литературного языкаотражается на всем языке. С этим обстоятельством и связаны опыты создания новой теории литературного языка, учитывающейсовременную языковую ситуацию (речь идет о словацких условиях), обсуждение проблем стратификации национальных языков,определение роли повседневно-разговорных форм, интердиалектов,субстандартов и т.п.
В то же время языковая культура-это целенаправленная деятельность по регулированию состояния языка, посовершенствованию использования литературного языка, который выступает в качестве общенародной и обязательной формы коммуникации и общения в самом широком смысле слова. Таким образом, языковая культура обладает комплексным характером, что вызывает необходимость различать культуру литературного языка и культуру выражения, составную часть культурного поведения человека вообще, когда вопрос о литературности или нелитературности средстввыражения, их отношения к существующей литературной норме отступает на задний план. Каждый язык оригинален и неповторим. Каждое языковое общество по-своему относится к собственному языку и стремится предъявлять к нему свои требования. Естественно, что этитребования обусловлены как современным состоянием литературного языка и ощущаемыми в нем недостатками, так и многообразными факторами формирования и развития языка в предшествующие эпохи. Все это находит отражение прежде всего при решении проблем языковой культуры и в стилистике того или иногонационального языка. В Чехословакии лингвисты стремились прежде всего выявить границы между литературным языком и другими формами существования языка в целях более точного определения специфики самого литературного языка. Внимание русистов гораздо более привлекало изучение внутренней структуры литературного языка, соотношение письменной и устной речи, функциональных стилей литературного языка.
В статье Я. Качалы поднимаются наиболее важные аспекты совершенствования словацкого литературного языка. Авторсознательно избрал эпиграфом своей статьи мысль А. М. Пешковского о роли литературного языка в жизни общества из его статьи„Объективная и нормативная точка зрения на язык".Своевременным являются соображения Я. Качалы по поводудемократизации литературного языка: „Требование демократизациилитературного языка нельзя понимать упрощенно. Это не прямолинейное „упрощение" литературного языка-такая практика вступила бы в противоречие с фактом дифференциации литературного языка и его средств, которая является прямым следствием социальной дифференциации, общественного „давления" на язык.Демократизацию литературного языка нужно понимать скорее какцеленаправленную поддержку главных, распространенных и понятных выразительных средств в наиболее важных сферах социальной коммуникации (к ним относятся публицистические выступления в устной и письменной форме, конкретные воплощения научно- практического стиля в устной и письменной форме) и в то же время как исключение отдельных неприемлемых выразительных средств из этих центральных сфер социальной коммуникации. Подобная регулирующая деятельность продиктована тем, что в этих сферах коммуникации активно или пассивно заинтересованы широкие слои носителей литературного языка".В связи с этим хотелось бы упомянуть о выступлениипокойного Э. Паулини на конференции об актуальных вопросах языковой культуры в социалистическом обществе. По его мнению, словацкий литературный язык переживает переломный период. Произошло огромное увеличение говорящих и стремящихсяговорить на литературном языке, неизмеримо поднялся культурный уровень народа. Однако существующие методы деятельности в области культуры словацкой литературной речи неэффективны. Языковая ситуация настоятельно требует более гибкой кодификации лексических литературных норм, чтобы приблизить их кпотребностям носителей словацкого литературного языка. Поискам более эффективных средств влияния на языковую практику посвящены статьи Ф. Данеша, К. Гаузенбласа и Я. Кухаржа. Отношение говорящих к языку, прежде всеголитературному, является предметом статьи Ф. Данеша. Схема процессакодификации расчленяется автором на несколько этапов: 1)дескриптивный (описательный)-установление существующей литературной нормы и ее описание; 2) регулятивный (нормативный)-с оценкой языковых средств и собственно кодификацией. „Кодификацияпредставляет собой теоретически обоснованное приложение научного изучения языка и его общественного функционирования к решению практических проблем социальной коммуникации";3) этап реализации. Автор справедливо полагает, что этот этап скорее связан с методическим искусством и необходимостью опоры на авторитет нормализаторского учреждения. Что касается отношений членов языкового единства к литературному языку, его норме и кодификации, то здесь выделяются некоторыепротивопоставления эмоционального характера, не всегда учитываемые лингвистами. Среди них отмечены: 1) антиномия рациональной и нерациональной ориентации; 2) антиномия действительногоязыкового поведения и их взглядов на литературный язык; 3)противоречие между подлинными причинами языкового поведения ивыдвигаемыми мотивами; 4) противоречие между отрицательным и одобрительным отношением к языковым изменениям; 5)противоречие между изоляционизмом и универсализмом; 6) противоречие между единством и вариантностью. Языковая ситуация в том или ином языке иногда выдвигает на первый план некоторые из этих признаков. Оценочными критериями при кодификации выступают: 1)нормативность; 2) адекватность языкового средства и 3) системность. Таким образом, задача лингвиста как ученого прежде всегозаключается в том, чтобы установить, описать и объективноанализировать всю диалектически сложную ситуацию литературного языка в данную эпоху его общественного существования и на этой основе сделать определенные выводы. Однако лингвист какгражданин и человек не может быть равнодушен к позициям и ценностям; он имеет право на свою собственную точку зрения по вопросам литературного языка того общества, членом которого он является; он обязан давать им оценку и активно воздействовать наобщественную практику. Г. Гаузенблас в своей статье сосредоточил внимание нахарактеристике „культуры языкового общения, коммуникации",которую обычно включают в языковую культуру. Культура языковой коммуникации, по мнению автора, охватывает создание языковых высказываний (коммуникатов) и восприятие и интерпретациюпоследних, что позволяет учитывать психолингвистические моменты деятельности говорящих и слушающих, воспринимающихкоммуникацию. Автор выделяет ряд моментов культуры коммуникации: языковую правильность и стилистическую отшлифованностькоммуникатов, подчеркивает их эстетическую функцию, отмечает рост стереотипности и стандартизации текстов и т.п. Я. Кухарж, рассматривая проблему регулирования языка,показывает условия ее решения в Пражской школе, в частности в трактовке Б. Гавранека. Контролирующее и регуляционноевоздействие субъекта на объект характеризуется различной степенью эффективности и социально-психической обязательности. Авторвыделяет несколько форм регуляционного воздействия на язык: 1) индивидуальное восприятие языкового примера, образца; 2)лингвистическая кодификация; 3) частные нормализации, например, терминологии; 4) языковая политика (особенно в многоязычных государствах).
Я. Кухарж считает, что исключительные возможности в сфере рациональной, научно обоснованной культуры речи, заботы олитературном языке предоставляет именно социалистическое общество. Не случайно, что именно в социалистических государствах такаяработа приобретает новые черты, будучи централизованной в научных учреждениях. Только таким путем можно создать основу для дальнейших шагов в деле углубления теории культуры речи и правильного применения теоретических достижений в практической деятельности.Такова богатая палитра проблем литературного языка иязыковой культуры, разрабатываемая в настоящее время чехословацкими лингвистами.
Едличка А. Теория языковой культуры сегодня // Новое в зарубежной лингвистике, выпуск ХХ. М., 1988, с. 260-269.
языковая лингвистика синхронный аспект
1. Вопросы языковой культуры в чешском и словацком языкознании поднимаются не впервые. Они обсуждались и раньше на конференциях с более широкой тематикой, например на конференциях по проблемам нормы литературного языка (Братислава, 1955 г.), марксистского языкознания (Либлице 1960 г.), развития литературного словацкого языка и языковой культуры в Словакии (Братислава, 1962 г.), или же на конференциях, посвященных только проблематике языковой культуры (Смоленице, 1966 г., и Прага, 1968 г.- последняя с популяризаторским уклоном). Общей чертой этих конференций было то, что на них рассматривались и решались в тесной связи вопросы теории и практики языковой культуры и в ряде случаев трудно сказать, который из этих аспектов - теория или практика - преобладал и какой из них дал больше импульсов для развития деятельности в области языковой культуры.
В работе данной конференции Настоящая статья написана на основе доклада, прочитанного на конференции по вопросам языковой культуры, которая состоялась 14-17 июня 1976 г. в г. Либлице. точно так же, как и предыдущих, упомянутых выше, участвовали чешские и словацкие лингвисты; впервые на этой конференции вопросы языковой культуры обсуждались при широком международном участии.
Проблематика языковой культуры была еще в недавнем прошлом намеренно изолирована, рассматривалась и решалась только под углом зрения данного конкретного языка, а на начальном этапе при ее рассмотрении вообще преобладал страноведческий подход. Сейчас же назрела необходимость расширения научного сотрудничества и в этой области языкознания, с тем чтобы при изучении этой проблематики, необычайно важной для решения современной общественной речевой практики, был использован опыт, полученный в других странах. С другой стороны, нельзя забывать о том, что языковая ситуация каждого языка специфична, что каждый литературный язык имеет свои особенности и что деятельность в области языковой культуры должна эту специфику учитывать.
2. Понятие языковой культуры разрабатывалось постепенно, о чем свидетельствуют многочисленные работы советских и чехословацких ученых-лингвистов. Причем были дифференцированы (иногда и в терминологическом отношении) основные составные части понятия. Эта дифференциация была не только результатом развития научного познания, она была необходима также для того, чтобы не отождествлялись различные по сути явления и не подменялись и механически не переносились критерии подхода.
В последних работах чешских и словацких языковедов были выделены четыре круга явлений, включаемых в разном объеме в понятие языковой культуры:
а) явления, относящиеся к языку, - здесь речь идет о языковой культуре в собственном смысле этого слова; б) явления, относящиеся к речи, высказыванию, - иногда этот аспект дифференцируется и терминологически, и тогда говорится о культуре речи . Притом в обеих областях (в области языка и речи) одинаково выделяются два направления: 1) культура как состояние , уровень (языка и речи), 2) культура как деятельность , т.е. культивирование (совершенствование) языка и речи. Проблематика этих кругов явлений - поначалу включенных в языковую культуру - становится предметом рассмотрения вновь созданных дисциплин, часто смежного характера.
В Чехословакии с самого начала решение вопросов языковой культуры было связано с построением и развитием теории литературного языка, она считалась ее важной составной частью. Одновременно при этом широко рассматривались социолингвистические аспекты, и это еще до того, как была создана социолингвистика в качестве самостоятельного раздела науки о языке. Проблематику культуры языка и речи включает в сферу своего рассмотрения и психолингвистика , или, шире, теория речевой деятельности , иначе теория коммуникации. Круг проблем, относящихся к культуре речи, к высказыванию, должен в определенном смысле интересовать и науку о тексте . Понятие культивирования языка (следовательно, языковая культура в более узком смысле) частично совпадает с понятием стандартизации языка; В. Таули, например, использует это понятие для разработки принципов кодификации.
В заключение можно напомнить, что понятие (и термин) стандартология , разработанное и используемое в хорватской лингвистике в сущности, совпадает с теорией литературного (стандартизованного) языка, поэтому и культура языка здесь является частным элементом стандартологии.
Нeт сомнений в том, что деятельность, направленная, с одной стороны, на язык, на его культивирование, с другой стороны, на речь, на языковую реализацию, имеет своей целью выявить такие особенности языка и речи, которые отвечали бы требованиям, предъявляемым к языку и речи с учетом современных социальных и коммуникативных факторов. Из этого проистекает очевидная связь между двумя аспектами языковой культуры, практическим и теоретическим. Бесспорна здесь и связь языка с речью: культивирование (совершенствование) языка имеет целью создать предпосылки для реализации совершенного высказывания. Из этого следует вывод о том, что при осознании дифференцированности проблематики языковой культуры, к которому пришла современная лингвистика, следует учитывать ее комплексность, вытекающую из комплексного характера самого явления. Именно этот комплексный подход, комплексное видение проблематики языковой культуры я считаю важным в современном научном и общественном контексте.
3. Культивирование (совершенствование) языка и речи как целенаправленная деятельность имеет теоретическую, и практическую стороны. Теоретическая сторона целиком и полностью закреплена за лингвистами; по своей ориентированности на практику, в подготовке кодификационных трудов культивирование языка имеет институциональный характер, однако оно обязано учитывать принципы, относящиеся к функционированию языка, обусловленному социальными и коммуникативными факторами. В решении теоретических вопросов, связанных с культивированием речи, языковых высказываний всегда принимают участие лингвисты, и в частности специалисты по стилистике, если понимать стилистику в широком смысле этого слова - так, как она понимается, например, в работах К. Гаузенбласа. Наряду с лингвистами в языковой культурной деятельности принимают участие представители самых различных учреждений, которые в широком аспекте могут влиять на различные сферы общественной языковой деятельности (центральных руководящих органов, радио, телевидения, научно-технических организаций и т.п.). Значительную роль в этой деятельности играет языковое воспитание, как „школьное, так и внешкольное... составной частью воспитания является так называемая языковая пропаганда, направляемая, а отчасти и проводимая самими лингвистами, а также широким кругом лингвистически образованных специалистов.
Осознавая комплексность и сложность проблематики языковой культуры и подчеркивая связь между отдельными ее элементами и аспектами, определяющими решение вопросов языковой культуры, уместно и сейчас провести разграничительную черту между двумя направлениями: между культурой и культивированием (совершенствованием) языка, культурой и культивированием языковых высказываний. В дальнейшем изложении я сосредоточусь на области культивирования языка.
4. Предмет культуры языка (в смысле его культивирования - это явления, связанные с функционированием языка в обществе. Эту область не интересуют исследования структуры языка, хотя результаты структурного анализа могут оказаться значимыми для решения проблем культуры языка. В области культуры языка самую важную роль играет синхронный аспект, т.е. почти исключительно синхронный подход используется при исследовании и решении ее специфических проблем. Следовательно, главная задача состоит в изучении современного состояния языка, современных условий его функционирования и, наконец, прежде всего в изучении современных потребностей общества в выразительных средствах.
Синхрония трактуется не в статическом, а в динамическом плане: современное состояние языка рассматривается как результат предшествующей эволюции и как условие дальнейшего развития. Динамика современного состояния проявляется в напряженных отношениях между исчезающими и возникающими элементами, между элементами традиционными и инновационными. При общем доминировании синхронного подхода к предмету нельзя, однако, вообще избежать сравнения частных временных срезов, в которых иногда видится суть решения отношения синхронии и диахронии.
При решении актуальных проблем современной чешской языковой культуры, бесспорно, интересно и важно вспомнить, как решались актуальные проблемы языковой культуры в прошлом; для современного литературного чешского языка в этом отношении показательно, например, сравнение с периодом 30-50-х гг. XIX века, когда литературный чешский язык под влиянием специфических социальных и коммуникативных условий начал быстро развиваться как язык складывающейся чешской национальной общности. Поэтому понятие языковой культуры всегда тесно связано с особенностью культурной языковой традиции, и в этой связи представляется плодотворным обращение к истории языковой культуры данного языка, т. е. к исследованиям в плане диахронии.
5. Предмет культуры языка, которая охватывает как культивирование языка, так и его состояние, включая достигнутый уровень развития, - это литературный язык. Ибо только в литературный язык и его развитие вмешиваются или имеют возможность вмешаться лингвисты, только на литературный язык могут оказать влияние выдающиеся творческие личности и только состояние литературного языка оценивается с точки зрения принципов и требований языковой культуры. На развитие диалекта или на развитие повседневного нелитературного языка (так называемого „субстандарта") лингвисты не оказывают, да и бессильны оказать влияние, поскольку развитие диалекта, как и повседневного нелитературного языка, протекает стихийно и определяется воздействием социальных условий.
Однако диалект, а в настоящее время в особенности повседневный разговорный язык диалектически связаны с литературным языком, и последний может оказать oпосредованное влияние на современные нелитературные образования. Состояние диалекта и повседневного разговорного языка не оценивается с точки зрения языковой культуры. Этот тезис об ограничении предмета языковой культуры (в значении культуры языка) представляется вполне обоснованным.
Нельзя, однако представлять проблематику культуры литературного языка изолированной, оторванной от проблем национального языка как целого. Наоборот, проблемы языковой культуры данного литературного языка в отдельные периоды его исторического развития всегда решались с точки зрения отношения литературного языка к нелитературным образованиям. Сегодня при решении проблематики этих взаимоотношений можно опереться на вновь выработанное социологически обоснованное понятие - языковая ситуация .
С другой стороны, культура высказывания никоим образом не ограничивается литературными высказываниями, вопросы литературности и нелитературности высказывания - наличие в нем литературных (или нелитературных) элементов не являются решающими для его оценки с точки зрения языковой культуры, как неоднократно подчеркивали Ф.Данеш и К. Гаузенблас. Разумеется, и здесь нельзя полностью отбросить момент литературности или нелитературности использованных средств выражения. Но при этом оценка высказывания всегда зависит от коммуникативной ситуации и других стилеобразующих условий. Однако и в этой области языковой культуры совершенствование высказывания затрагивает прежде всего публичные сообщения (а следовательно, литературные).
6. Совершенствование литературного языка, сознательная забота о культуре речи как специальная деятельность лингвистов, должны опираться на научное познание литературного языка. В то же время забота лингвистов прямо нацелена на практику - на употребление литературного языка в данном обществе, на его функционирование в языковых высказываниях.
Несколько слов о том, как трактуют содержание культуры языка (или же, в концепции и терминологии советской лингвистики, культуры речи - как частной лингвистической дисциплины) отдельные лингвистические традиции; наш анализ основан на работах, посвященных этой проблематике и вышедших в последнее время.
С проблематикой культуры языка тесно связан проблематика нормы и кодификации . И. Скворцов центральным понятием культуры речи считает норму. Работа польских ученых «Культура польского языка" во введении подробно рассматривает вопросы языковой нормы. Нет сомнений в том, что.культивирование (совершенствование) языка неизбежно связано с литературной нормой, оказывает воздействие на узус посредством кодификации.
Норма и кодификация представляют собой коррелятивную пару понятий; их дифференциация является результатом развития научного познания, но она не должна приводить к игнорированию их взаимосвязи, тесной зависимости друг от друга. Если мы связываем культуру языка (его культивирование) с литературным языком и если коррелятивная пара,норма - кодификация" как единство существует только в литературном языке (хотя норма свойственна любому языковому образованию), то напрашивается вывод, что понятие нормы и кодификации должно лечь в основу для изучения проблематики культуры языка. В разделах статьи Л. И. Скворцова хорошо прослеживаются иерархические отношения, составных частей проблемы: норма (я бы добавил, и кодификация)- литературный язык - культура речи.
Вместе с понятием нормы на передний план языковой культуры попадают и некоторые частные проблемы: это прежде всего проблема инноваций , которая связана с развитием нормы - на ней сосредоточена вышеупомянутая работа польских авторов; касается ее и работа Скворцова. Диалектическое противоречие между стабильностью и изменчивостью нормы, (разрешенное известным понятием гибкой стабильности у В. Матезиуса) на уровне выразительных средств проявляется в диалектически напряженном отношении между традиционными и инновационными элементами.
С этой проблематикой опять же тесно связана (хотя и не исчерпывает ее) проблематика вариантности нормы , вариативных средств в норме и их оценка. Вариативные средства - это проявление исторической изменчивости нормы, в синхронном плане они отражают динамику нормы. В то же время вариативные средства литературной нормы в некоторых случаях являются результатом влияния норм других образований национального языка, а также проявлением внутренней дифференциации нормы литературного языка на разговорную и письменную. Само собой разумеется, что они связаны с полифункциональностью литературного языка, т.е. с той его чертой, которая относится к числу определяющих.
7. В самом начале развития теории языковой культуры в 30-е годы, связанной прежде всего с деятельностью Б. Гавранека, были выработаны общие принципы культуры языка. В них наряду с новыми тогда методологическими лингвистическими принципами отразились и некоторые специфические проблемы тогдашней чешской языковой ситуации и литературного чешского языка, с учетом которых эти принципы и были выработаны. В нашей деятельности мы также сталкиваемся с ними, но уже в другом методологическом и общественном контексте. Здесь возникает возможность для сравнения, а это будет способствовать более обобщенному характеру наших выводов.
Я попытаюсь поэтому хотя бы в виде тезисов, в общем виде наметить, какие понятия, выработанные современной лингвистикой, и какие общепринятые принципы определяют решение проблематики современней языковой культуры.
а) Для решения этой проблематики применительно к любому литературному языку представляется наиболее важной ее связь проблематикой языковой ситуации . Под языковой ситуацией я понимаю (говоря сжато) такую действительность, когда данное языковое или коммуникативное сообщество (неоднородное в социальном, региональном и возрастном отношениях) употребляют образования национального языка (литературный язык, повседневный - разговорный язык, диалект) в разных коммуникативных сферах (повседневной, специальной, публицистической, художественной и т. п.); к ее характеристике относится также установление интерференции средств выражения из отдельных образований в языковых высказываниях, а также сталкивания и взаимовлияние норм. Опираясь на исходное понятие языковой ситуации, мы при решений актуальных проблем языковой культуры (в их комплексном понимании) сможем учесть сложные отношения, существующие сегодня между отдельными составными частями языковой ситуации и определяющими ее факторами.
Проблемы языковой культуры следует рассматривать и решать с точки зрения данного языкового сообщества и с точки зрения его общественных потребностей в средствах выражения и условий коммуникации. Теперь даже при ограничении проблематики культивирования языка литературным языком останется в поле нашего зрения связь литературного языка с остальными образованиями, сосуществующими с ним. При решении.проблематики культуры высказывания опять же следует учитывать все элементы и факторы, включаемые в понятие „языковая ситуация".
- б) Для понимания и реализации языковой культуры языка соответствующего языкового сообщества важен тезис о специфичности каждой языковой ситуации и любого литературного языка. Эта специфичность вытекает прежде всего из специфических, неповторимых условий исторического развития каждого конкретного языка. Социальные и коммуникативные условия, определяющие функционирование современных литературных языков в социалистических странах, во многом сходны. Это подобие определяет тот факт, что в развитии современных литературных языков мы можем наблюдать сходные тенденции развития и выделение некоторых общих черт. Так, например, повсеместно выравнивается стилистическая отработанность и стилистическая дифференциация, универсальный характер имеет сегодня влияние повседневного разговорного языка на литературный язык и т. п. Тем не менее, специфика каждого литературного языка сохраняется, потому что конкретные проявления близких тенденций в зависимости от структурных и функциональных условий бывают различными.
- в) Для решения проблем языковой культуры чрезвычайно важно понятие динамики современного литературного языка, его нормы. Суть динамики можно наблюдать в соотношении традиционных и инновационных элементов в норме. Традиционные элементы имеют опору в языковой культурной традиции, которая тесно связана с литературным языком; инновационные элементы мотивируются по-разному, но главным мотивом выступает принцип удовлетворения потребностей общества в выразительных средствах. Именно поэтому во многих странах лингвистика уделяет большое внимание данной проблематике. Ее решение скорее видится в общей плоскости, чем в оценке отдельных конкретных явлений.
- г) С вопросом динамики современного литературного языка очень тесно связана проблематика вариантности литературной нормы. Вариативные средства в современной литературной норме - это результат влияния нескольких противопоставленных тенденций. В небольшом перечне я напомню некоторые пары оппозиций: тенденция к демократизации и интеллектуализации (называемая иногда тенденцией к европеизации или интернационализации); тенденция к экономичности и тенденция к эксплицитности , описательности; тенденция к специализации (в применении к специальным сферам общения речь идет о тенденции к терминологизации ) и тенденция, которую я бы назвал тенденцией к обобщенному, даже монопольному употреблению выразительных средств (например, в публицистике); в противоположность более узкой тенденции к терминологизации можно говорить параллельно о тенденции к детерминологизации , и, наконец, в лексике тенденция к интернациональному и к национальному . В новой чешской языковой культуре (начало этой линии представляют основы теории, разработанной в 30-х годах) мы находим не один пример того, как при решении конкретных проблем по культуре языка тщательно учитывалось диалектическое соотношение этих тенденций.
Наоборот, всей предшествующей деятельности в области языковой культуры был свойствен как раз однобокий, недиалектический подход, одностороннее подчеркивание одной из тенденций; это характеризует, например, период языкового пуризма . Пуризм в собственном, более узком смысле этого слова подчеркнуто абсолютизировал тенденцию к национальному. В целом это направление использовало только одну тенденцию и в других парах: мы были свидетелями подавления тенденции интеллектуализации (отказ от специальных средств книжной лексики, например от некоторых номинативных конструкций, производных предлогов и др.), попеременно поддерживались то тенденция к экономии выразительных средств, то к эксплицитности выражения (отказ от так называемых распространенных глагольно-именных конструкций в пользу однословных наименований, например provаdt pruzkum/zkoumat "проводить исследование/исследовать; в некоторых случаях предпочтение отдавалось не наречиям, а конкурентным конструкциям, несколько по-другому выражающим наречное значение: vekove/ vekem, teplotne/co do teploty и т.п.).
8. В заключение можно сказать: нет сомнений в том, что вообще, если речь идет о формулировке общих принципов, нетрудно прийти к исходным позициям. И все же трудности при решении конкретных проблем в каждом языке непременно возникают. Свою роль здесь играет отношение всего языкового сообщества и его групп к пониманию языковой культуры в целом и отдельных ее моментов (например, отношение к заимствованным словам, пусть даже к интернационализмам или заимствованным из одного языка, отношение к средствам синтаксической конденсации и т.д.).
При решении конкретных проблем данного литературного языка может быть полезен сравнительный взгляд на решение сходных проблем в других языках.
Язык
- комплекс знаков и чувственно воспринимаемых форм (которые тоже как бы становятся знаками, но все же слишком специфическими, своеобразными). Эти знаки
и элементы формы
становятся носителями значений (смыслов, идеальных представлений, принципов, позиций и т.п.).
Фактически понятием "язык" мы обозначаем целый комплекс - языков культуры. Кроме языков в традиционно-лингвистическом понимании и языков науки (символов, значков, формул и т.п.), к языкам культуры относятся и языки различных видов искусства (живописи, архитектуры, музыки, танца и т.д.), и язык моды и костюма, и язык бытовых вещей, а также язык жестов, мимики, движения, интонаций.
Одной из языковых форм является образ. Образ - носитель эмоционального импульса, образ - это то, что пережито, воспринято ярко и по своему.
Родной язык относится к тем измерениям человека, которые не выбираются. Природа речевой деятельности человека двойственна: в ней есть и врожденное (генетическое) и приобретенное. Генетически в людях заложена способность в первые годы жизни усвоить язык причем любой язык. Однако это зависит не от генетики, а от социальных условий. Овладение первым языком - социально-психологический процесс. Человек не свободен в выборе своего первого языка, потому что его усваивают непроизвольно, стихийно, без целенаправленного обучения.
В первобытнообщинную эпоху характерна была множественность и дробность языков в рамках языковой семьи при отсутствии четких границ между языками. На сравнительно небольших пространствах сосуществовало множество родственных языков и диалектов, образующих языковой континуум (языковую непрерывность). Это такая ситуация когда два соседних языка очень похожи, близки друг другу; языки между которыми находится еще один язык похожи менее и т.д. Такая языковой ландшафт застал в 70-80 годы прошлого века Н.Н. Миклухо-Маклай в Новой Гвинее. Сходная картина открылась исследователям Австралии, Океании, Африки. В Австралии в прошлом веке на 300 тыс. аборигенов приходилось 500 языков австралийской языковой семьи, т.е. в среднем один язык на 600 человек. Для первобытной поры характерно быстрое изменение языков вследствие постоянных и глубоких языковых контактов. Время существования одного языка могло быть и бывало очень непродолжительным не закрепленные в письменной традиции языки легко забывались, и это никого не беспокоило. В Х1Х-ХХ века исследователей архаических сообществ поражало, как много в племенных языках названий для всего конкретного и единичного, позволяющих в зримых, слышимых, осязаемых подробностях представлять в речи внешний мир при заметных пробелах в сфере общих и родовых обозначений. Австралийские аборигены к примеру не имеют слов обозначающих общий род: птица или дерево, но исключительно специфические термины, которые применяются к каждой особой породе дерева, птицы или рыбе. Австралийцы имеют отдельные имена почти для каждой мельчайшей части человеческого тела, вместо слова рука у них существует множество слов обозначающих, левую правую руку, верхнюю часть руки и т.п.
По мере развития человеческого сообщества появились языки на которых было впервые изложено или записано, а в последствии канонизировано то или иное религиозное вероучение эти языки в последствии стали называть "пророческими" или "апостольскими" таких языков немного: ведийский позже близкий к нему санскрит, веньянь (язык сочинений Конфуция), авестийский язык, письменный литературный арабский (язык Корана), греческий и латынь, церковнославянский и еще немногие другие. С распространением мировых религий складывается ситуация несовпадения надэтнического языка религии и книжно-письменной культуры (близкий к религии)к местному народному языку, который обслуживал обиходное общение, в том числе отчасти и письменное. Международные конфессиональные языки средневековья создавали возможность для коммуникации в границах своих культурно-религиозных миров. Коммуникативная значимость становиться особенно очевидной если принять во внимание другую существенную черту языковых ситуаций того времени - сильную диалектную дробность языков. В эту эпоху складываются и наддиалектные форму общения "койне", позже на их основе формируются народные этнические литературные языки - такие как хинди, французский и русский в отличие от культовых языков - санскрита, латыни и церковнославянского.
В Новое время двуязычие книжно письменного и народного языков постепенно преодолевается. Народные языки становятся основными языками школы науки, книжно письменной культуры. На них переводятся религиозные книги. Литературные языки как наддиалектные формы общения вытесняют поглощают диалекты, постепенно выходят и за раки письменного употребления в сферу правильного употребления включается обиходное общение - речь. Социальная интеграция общества, обуславливает растущее языковое единство этнического коллектива.
В количественном отношении языков и нардов на Земле наблюдается резкая асимметрия: языков значительно больше, чем народов(примерно от 2,5-5 тыс. (или 30 тыс. с диалектами) языков на около 1 тыс. народов. Это не единственный признак этноса или народа.
Язык с точки зрения философии относится к категория духовной культуры человечества. Это форма общественного сознания, то есть отображение мира в сознании человечества. Язык представляет образ мира, знание о мире. Язык способ общения, коммуникативная система, обладающая своим содержанием и возможностями передавать, сообщать это содержание в форме социального опыта (культурных норм и традиций, естественнонаучного и технологического знания).
Своеобразие языка как общественного явления корениться в двух его особенностях: во-первых, в универсальности языка как средства общения и, во-вторых, в том, что язык это средство, а не содержание и не цель общения, семантическая оболочка общественного сознания но не само сознания. Роль языка сопоставима с ролью словаря по отношению ко всему разнообразию текстов, которые можно написать с использованием этого словаря. Один и тот же язык может быть средством выражения полярных идеологий и т.п.
Язык выступает как универсальное средство общения народа, он сохраняет единство народа в исторической смене поколений и общественных формаций, вопреки социальным барьерам, таем самым объединяя народ во времени, в географическом и социальном пространстве.
Во многих этических языках имеется два разных слова для обозначения: есть язык (т.е. общий для всего языкового коллектива набор значения и средств их выражения) и есть речь (использование этих общих возможностей в индивидуальной речевой деятельности, т.е. в конкретных коммуникативных актах).Язык - это речь, но правильная, нормированная. Речь индивидуальное пользование языком, но без правил, без нормы, вне закона. Речь- достояние индивидуальности, особой социальной группы. Язык накладывает запрет на использование слов не по назначению индивидуальной речью. Потому, что язык - это социально-идеологическая система знаков, норма смысловая и значащая, то всеобщее, чем пользуются все, чтобы понимать друг друга и узнавать окружающий мир. Язык источник культуры как нормы (нечто устойчивое, предписанное, общепринятое). Внимание к языку в постмодернизме происходит из желания изменить парадигму культуры, что невозможно без разрушения языка - ее институциональной базы.
План содержания языка (языковую семантику) включает два класса значений: значения слов и значения грамматических конструкций и форм. В процессах отображения мира лексические значения занимают серединное положение между представлениями как формой наглядно-образного знания и понятиями как формой абстрактно-логического мышления. Большая часть лексических значений - это общие для носителей (надындивидуальные) и достаточно устойчивые представления о предметах, свойствах процессах внешнего мира.
Информация хранящаяся в языке на двух уровнях: в самом языке (библиотека значений), при помощи языка (библиотека текстов). Конечно первая во много раз по объему меньше чем вторая. Однако несмотря на ограниченный объем информации, составляющей семантику языка, она играет исключительную важную роль в овладении всем информационным богатством человечества. Дело в том, что значения слов и содержание грамматических категорий - все эти неточные и неглубокие представления о действительности - запечатлели первый и поэтому важный опыт освоения человеком окружающей действительности. Эти исходные представления в целом не противоречат позже добытому знания. Напротив, они образуют тот фундамент, на котором постепенно воздвигаются стены еще более полного, глубокого и точного знания о мире.
В своем основном объеме информация, составляющая семантику языка, известна всем говорящим на это языке, без различия. До школы, только в процессе овладения языком, в сознании ребенка формируются (неназванные идо обучения не осознанные) представления о времени и пространстве, действии, цели и т.п. закономерностях окружающего мира. Эта информация в целом стабильна, в отличии от меняющейся текстовой информации. В отличии от языковой семантики поздняя информация содержащаяся в текстах известна отдельным говорящим в разной мере исходя от возраста, образования и т.п.
Таким образом, язык знает о мире немного, ибо язык первая моделирующая семиотическая система человеческого сознания, первый запечатленный взгляд на мир. Картину миру отраженную в языке можно охарактеризовать как наивную (ненаучную), она увидена глазами человека (не Бога и не прибора), поэтому она приблизительна и неточна, зато языковая картина в основном наглядна и отвечает здравому смыслу, то что знает язык общедоступно и общеизвестно, это семантических фундамент человеческого сознания.
Вера в определяющее воздействие языка на духовное развитие народа лежала в основе философии языка Вильгельма фон Гумбольдта (1767-1835), изучая язык испанских басков, резко отличный от языков индоевропейской семьи, Гумбольдт пришел к мысли о том, что разные языки - это не просто разные оболочки общественного сознания, но разные видения мира. Позже в работе "О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человечества" Гумбольдт писал: "В каждом языке заложено самобытное миросозерцание. Как отдельный звук встает между предметами и человеком, так и весь язык в целом выступает между человеком и природой, воздействующей на него изнутри и извне. Каждый язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, откуда человеку дано выйти лишь постольку, поскольку он тут же вступает в круг другого языка". В России идеи Гумбольдта о влиянии языка на народное сознание развивал А.А. Потебня (1835-1891), он находил участие языка также и в развертывании самой мысли.
Убеждение в том, что люди видят мир по-разному - сквозь призму родного языка, лежит в основе теории "лингвистической относительности" американцев Эдварда Сепира (1884-1939) и Бенджамена Ли Уорфа (1897-1941). Они стремились доказать, что различия между среднеевропейской культурой и культурными мира индейцев обусловлены различиями в языках. В 60-х годах проводились многочисленные эксперименты проверки гипотезы "лингвистической относительности". В целом эксперименты не обнаружили зависимости результатов познавательных процессов от лексической и грамматической структуры языка. В лучшем случае можно было говорить о подтверждении "слабого" варианта гипотезы Сепира-Уорфа: "носителям одних языков легче говорить и думать о определенных вещах потому, что сам язык облегчает им эту задачу". В целом психологи пришли к выводу, что главной переменной здесь является активность познающего человека. В экспериментах Сепира-Уорфа речь идет уже об участии языка в процессах восприятия, воспроизведения и запоминания, а не о разных картинах мира. В целом можно сделать вывод, что человек не находится в непреодолимом плену у языка, но для человека мир его родного языка - это "дом бытия", "самое интимное лоно культуры" (М. Хайдеггер). Это естественная психологическая среда человека, тот образный и мыслительный "воздух", которым дышит, в котором живет его сознание.
Р.О. Якобсон определил систему функций языка и речи:
- функция сообщения информации
- функция экспрессивно-эмотивная (выражения своего отношения к тому, что сообщается)
- эстетическая
- функция призывно-побудительная, связанная с регуляцией поведения адресата сообщения, частным
случаем последней можно назвать магическую функцию речи
К проявлениям последней относятся заговоры, проклятия, клятвы (божба и присяга), молитвы, предсказания, славословия, табу и табуистические замены, обеты молчания, священные тексты. Общей чертой отношения к слову как к магической силе является неконвенциональная трактовка языкового знака, т.е. представление о том, что слово - это не условное обозначение некоторого предмета, а его часть, поэтому произнесение ритуального имени может вызвать присутствие того, кто им назван, а ошибиться в словесном ритуале, это обидеть, прогневать высшие силы или навредить им. Истоки неконвенционального восприятия знака лежат в первичном синкретизме отражения мира в человеческой психике - это одна из особенностей дологического мышления. Та господствует иная логика: рассказа о прошлом достаточно. Чтобы объяснить настоящее, сходные явления могут отождествляться, следование во времени может восприниматься как причинно-следственная связь, а имя вещи как ее сущность. Отождествляя знак и обозначаемое, слово и предмет, имя вещи и сущность вещи, мифологическое сознание склонно приписывать слову те или иные трансцендентные свойства - такие как магические возможности. В мифологическом сознании происходит фетишизация имени божества или особо ритуальных формул, лову могут поклонятся как иконе или мощам или другим религиозным святыням. Само звучание или запись имени может представляться как обращенная к Богу просьба позволить, помочь, благословить.
В православном Символе веры читались такие слова: Верую … в Бога … рожденна, а не сотворенна. При патриархе Никоне был опущен союз "а" что вызвало острейшее неприятие со стороны противников церковных реформ. В целом с неконвенциональным восприятием знака связаны боязнь переводов Писания на другой язык и вообще боязнь любых. Даже чисто формальных, вариаций в выражении сакральных смыслов, отсюда повышенное внимание к орфоэпии, орфографии и даже каллиграфии.
Имя представлялось загадочной сущностью вещи, знать имя означало иметь власть над тем, что названо. Имя одна из главных тайн мира. Кто дал имена вещам? Что означают имена людей? Каким образом звуки составляют имя? Что значит имя в судьбе человека? С именами связаны две противоположные крайности: табу на произнесение имени и многократные повторения имени. Имя главный инструмент магии. Почти все обозначения того кто колдует связаны с глаголами обозначающими речь. (врач, колдун, гадалка, прорицатель и т.п.) Имя может выступать и как оберег.
Во времена резких идеологических сдвигов происходил сознательны разрыв с прежней традицией, который требовал хотя бы частичного отказа от соответствующего языка.
Сточки зрения психологии и семиотики, неконвенциональная трактовка знака в сакральном тексте предстает как иррациональное и субъективно пристрастное отношение к слову. Близко к эстетической функции слова. Недаром первые поэтические тексты восходили к магическим текстам. В основе магии поэзии лежит экспрессия. Пророк и поэт одно лицо (Орфей).
Телодвижения и жесты предшествовали словам, звуковой язык складывался как своего рода перевод и закрепление в звуке тех значений, которые выражали при помощи движений и жестов. Мифологическое предсознательное (коллективное бессознательное) также предшествовало языку, по своему содержанию мифологическое сознание глубже и значительнее системы языковых значений: миф - это синкретическое мироощущение и миропонимание первобытного человека. Язык как более простая и четкая система переводил туманные образы коллективного бессознательного в более надежную оболочку слов. Зато язык выступает как самая долговечная оболочка ранних форм общественного сознания.
Если классическая философия занималась в основном проблемой познания, т.е. отношениями между мышлением и вещественным миром, то практически вся западная новейшая философия переживает своеобразный "поворот к языку" (a linguistic turn), поставив в центр внимания проблему языка, и поэтому вопросы познания и смысла обретают у них чисто языковой характер. Постструктурализм вслед за Фуко видит в современном обществе прежде всего борьбу за "власть интерпретации" различных идеологических систем. При этом "господствующие идеологии", завладевая индустрией культуры, иными словами средствами массовой информации, навязывают индивидам свой язык, т.е. по представлениям структуралистов, отождествляющих мышление с языком, навязывают сам образ мышления, отвечающий потребностям этих идеологий.. Тем самым господствующие идеологии существенно ограничивают способность индивидов осознавать свой жизненный опыт, свое материальное бытие. Современная индустрия культуры, отказывая индивиду в адекватном средстве для организации его собственного жизненного опыта, тем самым лишает его необходимого языка для понимания как самого себя, так и окружающего мира. Таким образом, язык рассматривают не просто как средство познания, но и как инструмент социальной коммуникации, манипулирование которым касается не только языка наук, но главным образом проявляется в деградации языка повседневности, служа симптомом "отношений господства и подавления".
По утверждению Фуко каждая эпоха обладает более или менее единой системой знаний - эпистемой. В свою очередь она реализуется в речевой практике современников как строго определенный языковой код - свод предписаний и запретов. Эта языковая нора бессознательно предопределяет языковое поведение, а следовательно и мышление отдельных индивидов.
Наиболее доступным и информационно насыщенным способом постижения сознания другого человека является информация преданная при помощи обыкновенного языка. Сознание не только можно отождествить с устной речью. Но и с письменным текстом как единственно возможным средством его фиксации более или менее достоверным способом. Рассматривая мир исключительно через призму сознания, как феномен письменной культуры, постструктуралисты уподобляют самосознание личности некой сумме текстов в той массе текстов различного характера, которая по их мнению и составляет мир культуры. Любой индивид находится внутри текста, т.е. в рамках определенного исторического сознания, насколько оно нам доступно в имеющихся текстах. Весь мир воспринимается в конечном счете как бесконечный, безграничный текст (Деррида), как космическая библиотека, как словарь или энциклопедия (Эко).
Литература служит моделью для всех текстов, обеспечивая их понимание читателем.
- Язык предшествует человеку и даже учреждает его как такового
- Не человек говорит на том или ином языке, но язык "проговаривает" человека согласно тем правилам
и законам, которые человеку не дано познать
Риторика
Слово "риторика" имеет три значения:
1. Риторика как наука об общих условиях побудительного дискурса (семиология);
2. Риторика как техника порождения определенного типа высказываний, как владение приемами аргументации, позволяющими породить высказывания убеждения, основанные на разумном балансе информации и избыточности.
3. Риторика как совокупность уже апробированных и принятых в обществе приемов убеждения. В последнем случае риторика выступает как хранилище устоявшихся форм, отлаженных решений.
В основе риторики лежит противоречие: с одной стороны риторика сосредоточивается на таких речах которые стремятся убедить слушателя в то, чего он еще не знает, с другой стороны, она добивается этого исходя из того, что уже каким-то образом известно и желательно, пытаясь доказать ему, что предлагаемое решение необходимо следует из этого знания и желания.
Из некоторых психофизиологических экспериментов следует, что реакции человека на некоторые, существенно важные раздражители замедлены по сравнению с аналогичными реакция животного примерно на одну секунду. Судя по всему, причиной этой задержки является скрытая речевая деятельность. Именно язык-сознание обособляет человека от мира. Преодоление этой обособленности уже у первобытных людей происходит через ритуал и миф или молчальничество.
1Статья имеет целью рассмотрение вопросов культуры речи в повседневной жизни. Рассмотрены вопросы нарушения основных принципов этики деловых отношений при публичном выступлении и отклонения от языковых норм. Кроме того, были сделаны выводы относительно особенностей официальной речи. В статье говорится об этапах выступления, о том, как правильно выстраивать речь, как подготовиться к встрече со слушателями, о приемах управления аудиторией. В ней даются пояснения касательно учтивого употребления речевых оборотов согласно нормам этикета, приводятся пути усовершенствования тех их них, которые выражают почтительное отношение к слушателям.
культура речи
языковая норма
публичное выступление
деловые отношения
коммуникация
языковая структура
1. Курманбаева Ш.К. О вопросах обучения казахскому языку посредством учебных текстов с применением компьютерной обучающей программы // Электронный научный журнал «Современные проблемы науки и образования». – 2015. – № 1.
2. Введенская Л.А., Павлова Л.Г. Культура и искусство речи. – Ростов-на Дону, 1995. С. 168.
3. Ивин А.А. Риторика: искусство убеждать: Учебное пособие. М.: ФАИР-ПРЕСС, 2003. C. 208.
4. Уалиев Н. Культура слова. – Алматы. 2007. С. 184.
В настоящее время актуальной пробемой является вопрос формирования культуры речи будущих специалистов. Развитие речи возможно только посредством языкового общения. По мнению специалистов, языковые способности и языковая культура позволяют найти решение в различных жизненных ситуациях. Высшие учебные заведения, готовящие будущих учителей, должны учитывать это положение. Поэтому большое значение в формировании культуры, цивилизации, религии, языка будущего поколения необходимо придать развитию и совершенствованию профессионального мастерства и языковой культуры. Отличие языковой культуры от других областей языкознания заключается в использовании языка в повседневной жизни, в его тесной связи с культурой письменной и устной речи. Языковая культура означает уместное использование языковых средств в коммуникативном общении в зависимости от условий и сферы общения.
Цель исследования: формирование у будущих специалистов стремления к профессиональному мастерству и языковой культуре.
Материалы и методы исследования:
1. Языковая культура имеет важное значение в подготовке педагогических кадров с высшим образованием.
2. Использование новых технологий, эффективных методов и приемов с целью формирования языковой культуры, языковой нормы, профессионального мастерства.
3. Формирование общественного мнения в отношении речевой культуры, оценка речевой культуры как основы социальных наук и национальной культуры.
Язык - средство общения. Язык - зеркало, отражающее интеллект человека, уровень развития его культуры, разума, духовного богатства. Вопросы языковой культуры настолько важны, что ни одна народность, ни одна нация не смогла оставить без рассмотрения данную проблему. Казахский народ также придавал большое значение мастерству речи: «Меткое слово - проявление искусства». Культура речи основывается на орфоэпических нормах. Если орфоэпические нормы - правильное произношение слов, лексические нормы - правильное употребление слов посредством отбора, учета сочетаемости слов, то грамматические нормы в культуре речи рассматриваются как стабильно сложившиеся нормы. В культуре речи важную роль играют точность мысли, ясность, чистота слова, искренность, которая способна оказывать влияние на душевное состояние (независимо от использования слов: простых (нейтральных) или образно-выразительных), образность.
В культуре речи стилистическая норма реализуется только в случае определения в структурной системе языка орфоэпических, пунктуационных, лексико-грамматических, синтаксических норм и их коммуникативно - эстетической функции. Стилистические нормы способствуют формированию правильной речи. Культура речи реализуется и проявляется во всех сферах употребления языка: в художественной, научно-популярной, официальной и даже в бытовой среде.
Культура речи - важный показатель профессионального уровня любого специалиста, особенно предпринимателей, юристов, дикторов, журналистов, политиков. Культура речи, мастерство речи играют важную роль в процессе общения. Поэтому культурой речи должны владеть все, кому приходится заниматься организующей, управляющей деятельностью, вести деловые переговоры, работать в сфере воспитания, обучения, здравоохранения, в сфере бытовых услуг. По речи говорящего можно определить уровень его духовного, нравственного развития, уровень внутреннней культуры.
Культура речи означает усвоение устных и письменных норм литературного языка (произношение слов, постановка ударения, использование слов, грамматические, стилистические правила) и умение использовать средства выразительности языка в различных условиях в соответствии с целями и обстоятельствами .
Рассмотрим подробнее данные признаки речевой культуры:
1. Правильность - это соблюдение норм языка. Правильность подразумевает соответствие произношения слов, их правописания стилистическим нормам языка.
2. Соответствие сфере общения означает целесообразное применение слов и высказываний в соответствии с ситуацией общения.
3. Точность мнения - это умение четко, кратко и точно высказать, донести до слушателя свои мысли. Несоблюдение этих требований может привести к смешению паронимов - слов, близких по звучанию, но разных по значению.
4. Правильность восприятия изложенного означает правильность изложения характеристики предметов, явлений, их связей, взаимоотношений, соответствие действительности.
5. Ясность и понятность высказанной мысли требует их доступности и понятности в отношении к слушателю-адресату. Это достигается посредством употребления слов, терминов, словосочетаний, заимствованных (иноязычных) слов, диалектов, жаргонов, профессионализмов, историзмов, устаревших слов (архаизмов) и новых слов (неологизмов) только в одном значении.
7. Выразительность слова - это способность слова привлечь внимание слушателей и учащихся, вызвать у них интерес.
8. Освоить методы обобщения мнений в устной или письменной форме можно посредством широкого использования всего словарного фонда языка, в том числе и синонимов.
Развитие культуры языка начинается с умения говорить. Язык, являясь средством обмена мнением, понимания, обеспечивает языковое общение. Речевое общение - явление, непосредственно связанное с мышлением, рассуждением, речью, слушанием, обменом точек зрений, пониманием, говорением человека .
Одно из главных требований культуры речи - правильное произношение и правильное написание слов. Поэтому, чтобы речь была правильной, учителю, с целью повышения качества речи, необходимо постоянно развивать умение формулировать свои мысли с учетом их воздействующей функции, стремиться к точности слова, эффективному использованию речевых тактов, различных ритмов и интонаций слов и предложений.
Несмотря на то, что слова произносятся с изменением звуков согласно орфоэпическим нормам, пишутся они, кроме исключительных случаев, согласно правилам орфографии. Научные основы орфографических норм предполагают повышение культуры речи учителя посредством сохранения орфоэпических норм с учетом закона слогового сингармонизма, ненарушения традиционного состава слова. Например: Сарыарқ а, Ағ жар, Ағ бота, ө ртау, ө зө н, тұ рұ с, жұ мұ шшұ , Жетіғ ара и др .
Для успешной реализации деловых отношений недостаточно глубокого знания языка, его грамматики, словарного запаса. Для того, чтобы оказать воздействие на собеседника, привлечь его внимание, для развития умения вести беседу с друзьям, даже с противниками, необходимо научиться организации своей речи в соответствии с условиями, обстановкой и сферой общения. Если текст будет подготовлен не самим выступающим, а кем-то другим, то он будет представлять собой только сухое представление слова, но не живую речь. В таком случае выступающий не сможет оказать впечатление на слушающих, затронуть их души. Слушатели сразу замечают дисгормонию в речи выступающего.
Нормы, закономерности, истоки речевой культуры специалиста берут начало с древнейших времен. Они нашли отражение в высказываниях великих ораторов.
Ученый Н.Уалиев в свем труде «Культура слова» определяет: «Культура языка - это не только вежливость, выраженная в устной и письменной формах, но и четкая мысль, умение выбирать слово, мастерство речи, искусство речи» .
Чистоте языка, мастерству речи казахский народ придавал особое значение. Даже во времена, далекие от науки и образования, народ признавал значимость слова: «Искусство слова - самое высокое искусство», «Меткое слово - проявление искусства».
Казахский народ всегда умел ценить мудрое слово: не сгибающийся под пулями, казахский народ преклонялся перед метким словом, метко сказанное выражение приравнивалось мужскому достоинству, чести. Народ, ценивший свой язык, искусство слова, негативно относился ко всем проявлениям презрения языка и отразил это в пословицах. Например: Разумный молчун дороже пустомели; говорить попусту - дело глупца; донимать слушателя пустым разговором - непристойное дело, у сплетника всегда чешется язык; из непристойных уст - непристойные речи; из уст хорошего человека только доброе слышится, а из уст плохого - только злость.
Одно из главных требований культуры речи - формирование языковых норм. Языковые нормы формируются в ходе развития литературного языка, некоторые из них (нормы правописания, термины, пунктуационные нормы) составляются лингвистами, другие - формируются посредством прессы на основе существующих языковых систем.
Языковая норма - один из признаков литературного языка. Мы выступаем за всеобщее владение литературным языком, по степени языковой культуры населения, представителей прессы, определяется уровень их владения нормами литературного языка. Это одна сторона языковой культуры. Помимо этого, языковую культуру составляет также вежливость речи, точное, четкое выражение мысли, уместное использование слов, правильное конструирование предложений в соответствии с мыслью.
Языковая норма формируется и развивается на основе внутренних закономерностей системы языка, являющихся всеобщими. Звуковая система языка, словарное богатство, семантика слов, грамматическая структура языка - все основывается на сложившихся особенностях (специфике) языка. В них - закономерности, составляющие основу литературного языка. Казахский литературный язык вобрал в себя все лучшее из народного языка, унифицировал, сделал его всеобщим достоянием, чтобы повысить уровень языковой культуры всего народа.
Библиографическая ссылка
Турабаева Л.К., Курбанов А.Г., Каирбекова У.Ж., Укибасова К.А. ФОРМИРОВАНИЕ ЯЗЫКОВОЙ КУЛЬТУРЫ И ЯЗЫКОВАЯ НОРМА // Международный журнал экспериментального образования. – 2016. – № 6-2. – С. 244-246;URL: http://expeducation.ru/ru/article/view?id=10228 (дата обращения: 01.03.2019). Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
Язык культуры - это совокупность культурных объектов, обладающая внутренней структурой (комплексом устойчивых отношений, инвариантных при любых преобразованиях), явными (формализованными) или неявными правилами образования, осмысления и употребления ее элементов, и служащая для осуществления ее коммуникативных и трансляционных процессов (производства культурных текстов).
В широком смысле под этим понятием мы называем те средства, знаки, формы, символы, тексты, которые позволяют людям вступать в коммуникативные связи друг с другом, ориентироваться в пространстве культуры. Это важнейшая из созданных людьми знаковых систем.
Язык культуры - это универсальная форма осмысления реальности, в которую «организуются» все вновь возникающие или уже существующие представления, восприятия, образы и другие подобного рода смысловые конструкции (носители смысла).
Язык культуры формируется и существует только во взаимодействии людей, внутри сообщества, принявшего правила этого языка. Любой из языков - это исторически сложившаяся знаковая система, образующая основу всей культуры говорящего на нем народа. Человеческий язык сложился на основе возможностей, заложенных в биологической природе человека.
По-видимому, человек обладает врожденной и генетически передающейся по наследству языковой способностью, т.е. психофизиологическим механизмом, с помощью которого ребенок в течение первых лет жизни может научиться речи. Реализация и развитие языковой способности происходит у людей только в условиях общения. Язык формируется и развивается людьми только благодаря совместной, общественной жизни, поэтому, имея биологические предпосылки, он является по своей сути социальным феноменом.
Каждому языку культуры соответствует, как правило, своя область действительности или человеческой деятельности, представленная в определенных смыслах, а также собственно знаковая система - выразительное средство языка. Во всяком языке существуют нормы, определяющие построение речи. Люди, говорящие на одном языке, способны понимать друг друга по тому, что придерживаются одних и тех же норм. Несоблюдение этих норм порождает путаницу и недоразумения. Наглядным примером тому служит выражение «Помиловать нельзя казнить», которое может приобрести два противоположных смысла в зависимости от того, где поставить запятую (или сделать паузу).
В культуре нет ничего само собой разумеющегося. Каждое явление требует расшифровки. Важным моментом функционирования языка культуры является понимание. При коммуникации (обмене знаками) неизбежно присутствует определенная неадекватность понимания (обусловленная различием индивидуального опыта, степенью знакомства с языком и т.п.).
Понимающий всегда обладает определенным представлением о понимаемом, ожидает определенного смысла и интерпретирует знаки в соответствии с этим представлением. Понимание апперцептивно, то есть новая информация ассимилируется путем соотнесения с тем, что уже известно, новое значение и новый опыт включается в систему знания уже имеющегося. На этой основе происходит отбор, обогащение и классификация материала. Даже те артефакты, которые нам хорошо известны, могут быть известны людям других культур. В настоящее время есть множество фильмов о непонимании людей разных культур («Сегун», «Тарзан», «Пришельцы»).
Для первобытного человека необходимо объяснить, что такое окно, стол и т.д. Это происходит потому, что разные культуры говорят на разных языках. Человечество вовлечено в процесс понимания разных культур, существующих в одно время и в разные временные пласты. Диалог между культурами затруднен неадекватностью перевода, при котором теряются смыслы и оттенки. Особенно это актуально в отношении уникальных произведений искусства (Пушкин принципиально непереводим), теряются оттенки языка, так наш «Щелкунчик» в английском превращается в «Щипцы для орехов».
Язык культуры синтезирует различные аспекты жизни человека - социальные, культурно-исторические, психологические, эстетические, и др. Чтобы событие жизни стало явлением культуры, оно должно быть переведено в текст. Следовательно, язык - это ядро системы культуры. Именно через язык человек усваивает представления, оценки, ценности - все то, что определяет его картину мира.
Язык культуры можно дифференцировать:
По отнесенности к определенной области действительности или человеческой деятельности;
По принадлежности к определенной (этнической, профессиональной, историко-типологической и т.д.) субкультуре ;
Языковому сообществу (английский, русский и т.д.);
По знаковой представленности, ее типам (вербальный, жестовый, графический, иконический, образный, формализованные языки) и видам - определенным культурным порядкам (язык причесок, костюма);
По специфике смысловой выразительности (информационное содержание, эмоциональная выразительные, экспрессивно значимые) и ориентации ан определенный способ восприятия (рациональное познание, интуитивное понимание, традиционное отнесение);
По специфике внутренних грамматических, синтаксических, семантических правил (семантически открытые и замкнутые языки, языки с полным и неполным синтаксисом и т.д.);
По ориентации на определенные коммуникативные и трансляционные ситуации (язык политических речей, язык официальных документов);
С точки зрения приоритетности и популярности на том или ином уровне культуры, в той или иной специализированной форме, в той или иной субкультуре.
Язык является продуктом культуры, это структурный элемент культуры, это условие культуры. Фундаментальный смысл его в том, что язык концентрирует и воплощает в единстве все основания человеческой жизни. Язык культуры - это способ ее хранения и передачи от поколения к поколению.
Поэтому проблема языка культуры - это фундаментальная проблема не только науки, но и человеческого бытия. Понимание языка культуры и овладение им дает человеку свободу, придает способность к оценке и самооценке, к выбору, открывает пути включения человека к культурный контекст, помогает осознать свое место в жизни и культуре, ориентироваться в сложных и динамичных социальных структурах.
Смысл языка культуры в том, что понимание мира, которое мы можем достичь, зависит от диапазона знаний или языков, позволяющих нам этот мир воспринимать.
В настоящее время принято классифицировать языки культуры следующим образом:
Естественные языки как основное и исторически первичное средство познания и коммуникации. Их основой является слово. Это открытая система, способная к неограниченному развитию, для которых характерно отсутствие автора, они возникают и изменяются закономерно и независимо от воли людей, для них характерен непрерывный процесс изменения, ассимиляции и отмирания.
Изменение смысла слов и понятий может быть связана с разнообразными факторами, в том числе и социально-политическими. Особое использование языка влечет активизацию некоторых его черт, создавая особый «ментальный мир». Например, современный язык пополняется словами иностранного происхождения (лизинг , фрайчайзинг), уголовным сленгом, компьютерным сленгом или умирает. Эволюция языка не является просто следствием перемен в общественной жизни.
Несмотря на изменения, происходящие в языке, он остается одним и тем же на протяжении столетий. Дело в том, что наряду с быстро изменяющимся слоем лексики в языке имеется основной словарный фонд - лексическое ядро языка, которое сохраняется веками. Словарный запас обычного человека 10-15 тыс. слов, часть из них активные, а часть пассивные, человек понимает их значение, но не употребляет (Шекспир имел в словарном запасе 30 тыс. слов).
Искусственные языки - это языки науки, где значение фиксировано и существуют строгие рамки использования. Искусственные языки могут иметь автора (например, азбука Морзе, дорожные знаки), их значение не зависит от интонации, они понятны всем, занятой в данной области. Повседневная речь многозначна, что недопустимо в науке, где необходима предельная адекватность восприятия.
Научное знание стремится избежать неопределенности информации, что может привести к неточностям и даже ошибкам. Кроме того, повседневная лексика громоздка. Язык науки стал достоянием массового сознания и стал претендовать на преодоление непонятности науки. Научная речь является звеном между специализированном языком научной терминологии и живым, «естественным» языком.
Вторичные языки - это коммуникационные структуры , надстраивающиеся над естественными языками (миф, религия, искусство). Сознание человека - это сознание языковое. Следовательно, все виды надстроенных над сознанием моделей могут быть определены как вторичные моделирующие системы. Сложность структур вторичных моделирующих систем зависит от сложности передаваемой информации.
Например, поэтическая речь - структура большой сложности в сравнении с естественным языком. И если бы объем информации, содержащейся в поэтической речи и обычной был бы одинаковым, художественная речь потеряла бы право на существование. Но художественная структура позволяет передавать такой объем информации, который совершенно недоступен для передачи средствами элементарного языка.
Изобретение знаковых систем записи - одно из величайших достижений человеческой мысли. Особенно большую роль сыграло появление и развитие письменности, позволившее человеческой культуре выйти из начального, примитивного состояния. Зародышем письменности было так называемое «предметное письмо» - возникшее еще в первобытном обществе использование предметов для передачи сообщений (например, оливковая ветвь как знак мира).
Первой стадией истории письменности было письмо в рисунках - пиктография. На следующей стадии возникает идеографическое письмо, в котором рисунки приобретают все более упрощенный и схематический характер. И, наконец, стало применяться алфавитное письмо, в котором используется относительно небольшое количество письменных знаков, означающих не слова, а звуки.
Базисным знаком письма является абстрактная единица - буква. Запись создает возможность увеличить словарный запас языка, т.к. в бесписьменных языках редко употребляемые слова исчезали из социальной памяти. Неизмеримо возрастает количество возрастающей в обществе информации. Снимаются временные и пространственные границы общения, изменяется качество информации.
В современной науке проблема языка формируется как проблема междисциплинарная. Однако, среди наук, изучающих данную проблему, выделяют семиотику и герменевтику. Языками культуры занимается специальная наука семиотика (наука о знаковых системах, исследует свойства знаков и знаковых систем в человеческом обществе, в природе или в самом человеке). Это наука о семиозисе культуры (то есть процессах порождения знака) и знаково-лингвистической и нелингвистической коммуникации. Семиотика является относительно современной наукой, претендующая на создание метаязыка.
Одним из основоположников данной науки считается американский философ Ч.С. Пирс (1834-1914). Именно он ввел в научное знание представления о динамичности семиозиса, показав, что именно этот процесс включает в себя не только производство знаков, но и их интерпретацию, влияющую на первоначальный образ объекта. Ч. Моррис (1834-1896) - американский философ и социальный психолог полагал, что понятие знака может оказаться столь же фундаментальным для наук о человеке, как понятие атома для физики и клетки для биологии.
Основатель Парижской школы семиотики Ф. де Соссюр (1857-1913), считал семиотику частью социальной психологии, аргументируя возможность научного изучения культурного общества через язык как важнейшую из языковых систем. Он полагал при этом, что законы функционирования знака в языке надо исследовать в рамках общей системы структурных закономерностей, отвлекаясь при этом от анализа его эволюционных изменений. Его подход имел ряд последователей. Модель Соссюра была распространена на всю сферу знаковых систем в культуре.
Другой известный французский структуралист К. Леви-Стросс предполагал, что явления социальной жизни, искусство, религия и др. имеют природу, аналогичную природе языка, а, следовательно, они могут изучаться теми же методами. Продемонстрировал этот подход А.Р. Барт на анализе знаковых аспектов культуры повседневности: пищи, одежды, интерьера и т.п.
Русская ветвь семиотики восходит к трудам А. Потебни, Г. Шпета, которые рассматривали семиотику как сферу этнической психологии, одними из первых выделяя ее особую роль для гуманитарных наук, Ю. Лотмана, который ввел по аналогии с ноосферой понятие семиосферы - семиотического пространства, существующего по определенным закономерностям.
В рамках теории знака были выделены разграничения:
- Семантики - отношение к миру внезнаковой реальности, то есть выделение смысла
Синтактики - отношение знака к другому знаку
- Прагматики - сферы отношения между знаками и теми, кто ими пользуется
Семиотические методы стали называть точными в противовес субъективно-вкусовому интерпретационному подходу, который доминирует в гуманистическом знании. Семиотика создает общий язык, применяемый к любому конкретному языку науки, и к особым знакам, которые в науке используются. Отношение семиотики к наукам двоякое: с одной стороны, семиотика - это наука в ряду других наук, а с другой стороны, - это инструмент наук, так как семиотика имеет богатые традиции, и подобно другим наукам, она должна сохранять к своей истории живой интерес. Семиотика дает основу для понимания важнейших форм человеческой деятельности и связи этих форм друг с другом, поскольку все эти виды деятельности и все отношения находят отражение в знаках.
Необходимость толкования, перевода породила такой метод как герменевтика - это способ толкования многозначных или не поддающихся уточнению текстов (большей частью древних, например, Гомера , Библии и др.). Герменевтика - одна из древних наук, она появилась в раннем христианстве и занималась тогда трактовкой религиозных текстов. В эпоху Возрождения герменевтика выступает как искусство перевода памятников античной культуры на язык современной культуры. Самое последнее во времени возникновения самостоятельное течение западной философии имеет самую долгую предысторию. Философская герменевтика, следуя этим традициям, определяет господство понимания над разумом, языка над сознанием, тем самым подчеркивается возможность реконструирования «жизненного мира» (Э. Гуссерль) прошлым культур с целью понимания отдельных их памятников.
Основателем современной философской герменевтики считается Г.Г. Гадамер. Герменевтика занимается интерпретацией текста, не только реконструируя, но и конструируя смысл. Слово «герменевтика» происходит от имени бога Гермеса - в древнегреческой мифологии посланника богов и толкователя их воли. Это значит, что герменевтика с самого начала была связана с идеями интерпретации и понимания. Усматривая основную проблему философии в проблеме языка, герменевтики видят в ней не только метод гуманитарных наук, но и способ истолкования определенной культурно-исторической ситуации и человеческого бытия вообще; они отвергают объективное научное познание, доверяя косвенным свидетельствам сознания, воплощенным в речи, прежде всего письменной.
Свою самостоятельность герменевтика обрела уже в работах немецких философов Ф. Шлейермахера и В. Дильтея, согласно которым для понимания исторических текстов и любых памятников прошлого необходимо войти в ту культурно-историческую атмосферу, в которой творил их создатель, и постараться как можно точнее воспроизвести ее в переживании и вообще в сознании исследователя.
Многое заимствуя у Дильтея и Хайдеггера, Гадамер придал герменевтике универсальный смысл, превратив проблему понимания в саму суть философии. Предметом этого знания с точки зрения герменевтики является мир человека, трактуемый как область человеческого общения. Именно в этой области протекает повседневная жизнь людей, создаются культурные и научные ценности.
Смысл герменевтики чаще всего не детерминирован жестко словом или знаком, а может быть придан вещи или явлению в зависимости от культурного контекста, наследственной информации, временем произнесения или написания, субъективного опыта.
Французский исследователь Ф. Полан, введший различие между значением слова и его смыслом, утверждал, что смысл определяется контекстом, в котором то или иное слово произнесено. А Л. Выгодский ввел в науку понятие подтекста, автором которого был Станиславский, понимавший подтекст как генератор смысла слова, как указание на мотив поступка. По Выгодскому именно из подтекста, а не из контекста выводится смысл.
Можно предположить, что эти два подхода в определенной мере связаны с двумя способами достижения понимания. Один из них разработан в структуралистической школе, и как метод строгой логики он нуждается в отстраненности объекта исследования от человека. Другой метод - когда главная задача состоит в том, чтобы ликвидировать дистанцию между объектом и исследователем. Несмотря на кажущуюся противоположность, мы считаем вполне допустимым, и даже полезным, сочетание обоих подходов к изучению знаково-символических систем.
Культура в данном случае понимается как поле взаимодействия этих систем. Установление смысловых связей между элементами этой системы, дающими представление об универсальной модели мира, возможно только при подходе к языку культуры как к тексту, обладающему некоторым внутренним единством. При этом следует иметь в виду его принципиальную многозначность.
